Книга Невеста поневоле, или как отказать дракону, страница 1 – Анастасия Энковская

Я слышала, как поют птички и свежий утренний ветер касается моего лица и рук. Костя забыл открыть окно? Я потянулась, зевнула и открыла глаза.

Не до конца проснулась, что ли? — мелькнуло у меня в голове, потому что перед глазами встала весьма необычная картина.

Открывая глаза, я привыкла видеть белый натяжной потолок, овальную плоскую лампу, потом переводить взгляд на стены, оклеенные однотонными белыми обоями, и в который раз внутренне отмечать, что пора бы сделать ремонт, потому что кое-где обои уже поотклеивались, кое-где затерлись, а сам белый цвет медленно, но верно превращался в усталый серый. После этого я всегда смотрела в окно напротив кровати: в серой пятиэтажке прямо через двор, на третьем этаже, жил пожилой дядечка, который выращивал на застекленном балконе помидорки, огурчики и еще что-то зеленое, требующее любви, ламп и преданности. Настоящая маленькая теплица среди бетонной тоски. Меня это всегда восхищало. Каждое утро я с удовольствием отмечала, как он поливает свой мини-огород с той самой нежностью, с какой люди поливают только то, что действительно любят. Это уже стало почти ритуалом.

Сейчас же мои глаза увидели высокий потолок.

Когда я была в Санкт-Петербурге у подруги, там были похожие потолки — знаменитые питерские квартиры, в которых даже воздух ведет себя так, будто он из музея. Вот что-то похожее предстало передо мной и сейчас: светлый потолок с тонкой лепниной по краю, буквально сияющий в солнечных лучах.

«Не, ну это точно сон», — подумала я и крепко зажмурилась. Подождала пару секунд и снова открыла глаза. Картинка не изменилась.

«Это уже издевательство какое-то», — мрачно пробубнила я про себя и попыталась сосредоточиться на собственном теле, чтобы понять, ощущаю ли я вообще себя. Некстати вспомнился какой-то фильм, где девушка лежала в коме, а ее душа попала к незнакомому парню, в которого она, конечно же, влюбилась. Как иначе, мелодрама же. Я пошевелила пальцами рук и ног — нет, все ощущалось вполне явственно. Более того, чувствовала я себя подозрительно хорошо. Не болели спина и шея, а я точно знала, что после сна в своей кровати наутро у меня могло болеть вообще все, что только может двигаться. Я уже который месяц обещала себе купить ортопедический матрас, но все время откладывала покупку. Сейчас же я чувствовала себя так, будто наконец-таки купила этот матрас и удачно на нем выспалась.

Физически — все было отлично. Морально — все хуже и хуже.

Итак, я лежала на огромной кровати — такой, на которой при желании можно было потеряться, особенно если лечь поперек. На нашей с Костей кровати мы обычно спали в обнимку, и, надо сказать, недостаток места нас только устраивал: зимой мы лежали как довольные жизнью хомячки, прижавшись друг к другу, и никаких претензий к метражу не имели. На этой же кровати, кажется, можно было спокойно разместить еще трех меня и одного человека, на всякий случай.

Подо мной пружинил мягкий матрас, укрывал тяжелый, но удивительно приятный плед, а под щекой была гладкая прохладная ткань наволочки — не синтетика из ближайшего магазина, а что-то плотное, дорогое, почти скользящее, как в гостиницах, где за одну ночь платят столько, что потом еще неделю смотришь на чек с личной обидой. Бывали, знаем.