Книга Хранители Севера. Хаос, страница 130 – Оливия Мун

Сицилия склонила голову набок, уголки губ дрогнули в почти невидимой, уставшей улыбке. Затем медленно кивнула Лестару. Мужчина бесшумно вошёл, аккуратно взял коляску за ручки и с прежней осторожностью развернул её к двери. Колёса заскрипели по каменному полу, напоминая о каждом шаге времени, что неумолимо уходит. Королева не оглянулась, только гордо держала голову.

Когда дверь мягко закрылась, воздух словно опустел. Остались лишь тишина и лёгкая дрожь, бегущая по пальцам Мелиссы. Она стояла в одиночестве посреди комнаты, где только что рушился и заново строился её мир.

— Пойдём.

Талли схватила Брайана за ладонь, и его тёплые пальцы сразу же сомкнулись на её. Этот жар проникал под кожу, разливаясь по венам, и она уже не могла представить, как раньше жила без этого ощущения. Она вела его сквозь шумную улицу, мимо пёстрых лавочек с тканями, звонких голосов торговцев и беззаботного детского смеха, пока не остановилась у скромного прилавка с выцветшей табличкой, на которой весело покачивался нарисованный рожок мороженого. Отсюда пахло сахаром и парным молоком. Она украдкой бросала на него взгляды, скользя по резкому изгибу его скул, чуть обветренным губам, по тому особенному огню в глазах, который, казалось, пылал только для неё. Каждый раз, когда он смотрел на неё, её душа взлетала, будто расправлялись невидимые крылья. В животе закручивалась тугая, сладкая спираль — смесь желания, стеснения и тепла.

— Нам, пожалуйста, два мороженых. Один клубничный, другой… — она повернулась к нему.

— На твой вкус, — сказал он, и его улыбка заставила её сердце учащённо забиться.

— Тогда... цитрусовый, — проговорила она веснушчатой девушке, выглянувшей из-за стойки.

— Хорошо, с вас одна медная, — весело отозвалась продавщица.

Но прежде, чем девушка успела потянуться за кошельком, Брайан уже бросил монету на прилавок. Та звякнула, скатившись к краю. Талли взглянула на него с нежностью, которую даже не пыталась скрыть.

— Почему именно цитрусовый? — спросил он с лёгкой, доброй насмешкой.

Она слегка закусила губу, чувствуя, как по щекам разливается румянец.

— Не знаю… может, потому что ты им пахнешь?

Бровь юноши приподнялась, а в глазах вспыхнула знакомая искра.

— Тебе нравится? — в его голосе прозвучало что-то интимное, бархатное, от чего её сердце на мгновение замерло.

— Да, — прошептала она, глядя на него снизу вверх. — Ты напоминаешь мне о тепле.

Он искренне рассмеялся, с тем самым неповторимым светом в глазах, от которого на его щеках проступили ямочки. Девушке казалось, что этот смех мог бы исцелить даже самую глубокую трещину в её сердце. Брайан протянул руку и аккуратно заправил выбившуюся прядь её волос за ухо. Его тёплые, шершавые пальцы на мгновение коснулись её щеки, и она сама, не осознавая, потянулась к этому прикосновению.

Продавщица вернулась, держа два рожка. Взбитые замороженные сливки были аккуратно выложены в хрустящие вафельные корзинки. Талли взяла оба, повернулась и с чуть дрожащей от волнения улыбкой протянула один ему.

— Держи, это твой.

Он не сводил с неё глаз, принимая угощение. Их пальцы снова соприкоснулись, и на миг всё вокруг будто исчезло, остались только они двое, солнечный день и этот зыбкий, сладкий момент, похожий на самый прекрасный сон.