Книга Печатница. Генеральский масштаб, страница 65 – Алена Шашкова

Я позволила себе вежливую улыбку и почтительно склонила голову. Он поклонился, и с его волос слетело несколько снежинок:

— Поручик Градский, состоящий при его превосходительстве, — представился он. — Баронесса Лерхен, имею честь явиться по поручению его превосходительства генерал-майора Вранова.

— Прошу, — я жестом указала на отцовский кабинет.

Дуня, приняв у офицера верхнюю одежду, привычно замерла у приоткрытых дверей.

— Признаться, баронесса, я не ожидал, что бумаги его превосходительства придется вручать вам лично, — произнес поручик, проходя к столу.

— В этом доме теперь многое приходится вручать мне лично, — спокойно ответила я, присаживаясь в кресло.

— В таком случае, сударыня, я рад, что поручение оказалось именно в ваших руках.

— Генерал Вранов поручил передать вам это, — поручик с легким поклоном положил папку на сукно стола и вынул из внутреннего кармана сложенный вдвое лист плотной бумаги, запечатанный сургучом. — Личное послание его превосходительства.

Я сломала печать. Почерк у генерала был таким же жестким и резким, как и его обладатель. Как будто генерал не писал, а отдавал приказы. И ни одной помарки, ни намека на кляксу, несмотря на сильный нажим пера.

'Баронессе Варваре Федоровне Лерхен.

Если вы намерены отказаться от принятого на себя вчера обязательства, прошу сделать это прежде, чем вскроете приложенные бумаги. Никто не осудит ваше благоразумие. В противном случае буду считать сего часа началом срока.

Генерал Н. Вранов'.

Я усмехнулась и отложила записку в сторону.

«Нет, ваше превосходительство, у меня уже нет ни „благоразумия“, ни пути назад», — пронеслась мысль в голове.

Поймав заинтересованный взгляд поручика, я решительно сорвала печать и развязала тесемки на папке. Взглянула и мысленно присвистнула.

Мозг сразу начал считать сроки, набор и печать, оценил масштабы трагедии, и меня бросило в холодный пот. Я постаралась взять себя в руки, чтобы дрожь в пальцах не выдавала мое состояние.

Передо мной был не сплошной текст. Таблицы: три вида интендантских ведомостей с разным тиражом. Мелкий кегль, множество граф, столбцов, колонок для цифр и подписей. Эти формы требуют предельной внимательности и точности.

И тираж тоже. От тысячи до двух с половиной.

Вот почему никто не брался за печать, и почему Вранов так злился. Если при отсутствии опыта сначала набирать, затем исправлять, а потом печатать это вручную, можно действительно до Пасхи мучиться.

Я нервно сглотнула, посчитала от десяти до нуля и медленно подняла глаза на офицера, не позволяя ни одной эмоции просочиться наружу.

— Давайте оформим принятие бумаг.

На лице поручика появилось искреннее удивление.

— Что вы имеете в виду?

— Составим расписку, — пояснила я. — Я не люблю неточностей в делах.

— Весьма основательно для столь молодой барышни, баронесса, — пояснил свою озадаченность Градский.

— Молодость не значит легкомыслие, — возразила я, вспомнив Карла, по-хозяйски развалившегося в этом самом кресле.

Я придвинула чистый лист и обмакнула перо в чернильницу. На мгновение замерла. Читать я читала. И рисовала. Но… смогу ли я писать? Тем более гусиным пером.

Практически с закрытыми глазами опустила кончик пера на бумагу, и позволила руке самой писать то, что я проговаривала вслух.