Книга Сердце и порох, страница 82 – Э. Б. Голден

Глубокой ночью раздались знакомые шаги – слишком тяжелые, чтобы принадлежать Шури. Я нырнула под старое одеяло Брегана и закрыла глаза – за секунду до того, как он остановился у входа в свою спальню. Шурша тканью, он подошел ко мне.

Он опустился на колени, окутывая меня своим запахом. Я постаралась дышать медленнее. Когда он отвел волосы с моей шеи, я едва смогла справиться с инстинктом и не перекатиться на спину. Но потом он подтянул одеяло повыше и поцеловал меня в лоб, и мое сердце разбилось.

Он арестовал кого-то этой ночью. Я видела его с одним из новых полицейских. Мне нельзя было сейчас оставаться с ним наедине. Только не пока он работает на барона Хулея и при этом умеет видеть меня насквозь. И все же это расстояние между нами было таким неправильным.

Он отстранился, и было слышно, как он ложится на пол. Когда его дыхание выровнялось, я рискнула приоткрыть глаза. Он лежал у самого входа в комнату, подложив сумку под голову вместо подушки. Темные ресницы ярким контрастом выделялись на бледной коже. Одна рука сложена под головой. Меня пробрало болезненной дрожью.

Где-то в подвале кто-то пошевелился.

Я приподняла голову, прислушиваясь, не Шури ли это, но звуки доносились не от лестницы. Зашуршала одежда. Кожа к коже. Учащенное дыхание, приглушенные стоны. Внутри свернулся жар – по подвалу пронеслись узнаваемые звуки занятий любовью.

Бреган тихо вздохнул и чуть повернулся. Край рубашки задрался, обнажая полоску веснушчатой кожи, с которой мы когда-то были так близко знакомы. Стало трудно дышать. Я обвела взглядом его силуэт, мерно вздымающуюся во сне грудь, представила, каково было бы лежать с ним рядом. Были бы его касания такими же? Подошли ли бы мы друг другу так же идеально, как тогда? Или мы нашли бы что-то новое, может, даже смелое там, где успели повзрослеть? Я поерзала под одеялом, словно мне стало тесно в собственной коже. Четыре года я мечтала о нем, представляла его на месте других, жаждала его во всех возможных смыслах, и вот он был совсем рядом. Его запах витал в комнате, словно наркотик.

Где-то вдалеке соитие любовников достигло пика. Я зарылась лицом в подушку Брегана. Так продолжать было нельзя. Я не могла сопротивляться ему.

Нужно было как-то убрать его подальше от барона.

Фирин

Тогда

Моей страстью стало вождение за нос отца.

Узнав, что я пырнула ставского солдата, он превратился в еще большего параноика. Первые несколько недель он следил за мной, словно одержимый, но потом снова стал отдаляться, понемногу, день за днем. И вот он уже снова пропадал на несколько дней за раз. Я стала следить за его расписанием, закономерностями, заучила, какие из его личностей ходили в какую часть города, начала идеально разыгрывать отчаяние, когда он возвращался. Вскоре он начал казаться мне привидением, а не человеком. Шли месяцы, а я не слышала ни слова о бароне Хулее или ищущих меня ставах. Но старательно держалась подальше от контрольных пунктов. На всякий случай.

По ночам, пялясь в потолок квартиры, я ненавидела себя за то, что не стащила деньги барона, когда еще могла. Начинало казаться, что отцовские обещания жизни за морем всегда были ложью. Но приходил день, я сбегала в рабочий район, и в объятиях Брегана моя злость угасала.