Книга Сердце и порох, страница 92 – Э. Б. Голден

Накануне он отправил человека присмотреть за ее детьми, но ему нужна была ее разговорчивость.

Эспурра что-то залепетала, когда металл сомкнулся на ее запястьях. Они отвели ее в комнату допросов, такую же отвратительную и вонючую, как та, в которой он допрашивал Дрейфи. Показав охраннику усадить Эспурру за стол, Бреган зажег лампу на стене. От пламени получалось больше теней, чем света. Увидев пятно на задней стене, реформистка вздрогнула всем телом. Дверь закрылась.

Бреган оперся ладонями о стол.

— Сбежавшие тюремные охранники – это проблема национальной безопасности. Остальных я найду, с твоей помощью или без, но тебя поймали за укрыванием преступника. Тебя ждет суд, и какой он будет – напрямую зависит от того, что случится сегодня в этой комнате.

Эспурра нервно сцепила пальцы на коленях:

— Воркот не опасен.

— Кто он?

— Б-брат моего мужа.

— Получается, ты его прикрывала?

Она подняла скованные руки, чтобы утереть нос.

— Он влез, куда не следовало. Я просто пыталась помочь. Я просто…

— Просто что?

Казалось, будто ей сдавило грудь и она не может дышать.

Бреган оттолкнулся от стола.

— Приведите второго! – крикнул он.

Вдалеке звякнули цепи, щелкнули замки. В комнату хлынул яркий свет. Ставский охранник и Эспурра переглянулись, потом посмотрели на Брегана. Тот сел на угол стола.

— Воркот, твоя сестра жизнью рискует, чтобы защитить тебя. Чем дольше она сидит здесь, тем дольше твои племянницы не видят мать.

Став выпрямился:

— Я расскажу вам, что вы хотите знать. Только оставьте их в покое. – Его ломаный иакунский сильно отдавал материковым ворставским акцентом.

Бреган дернул подбородком, показывая охраннику на Эспурру. Когда ее увели, Воркот рухнул на стул и спрятал лицо в скованных ладонях.

— Мой брат сюда приехал из Кетчзы, – сказал он. – Думал, так далеко от императора все будет иначе. Оказалось только хуже. Император шлет сюда худших из своих солдат и нодтактов. Но, когда брат заболел, он написал мне, попросил о помощи. Я приехал. Год назад он умер, и я устроился охранником в тюрьму, потому что девочкам нужны были деньги. Только когда я начал работать, мы осознали всю опасность. При победе реформистов вы бы убили всех нас, кто работал в тюрьме, и не стали бы разбираться, нравится нам император или нет.

Бреган хотел было поспорить, но не смог. Поймай они в ту ночь Воркота, он был бы мертв.

— Кто такие «мы»? – спросил он.

— Я и трое других охранников. Мы придумали план, как нам выжить. Через Эспурру мы передали весточку реформистам – Тому Дрейфи, – что если вы скажете нам заранее, когда нападете, то мы убедимся, что это будет наша смена, и оставим Пятерку в живых в обмен на свободу.

Сердце Брегана пропустило удар.

— Дрейфи сказал вам, когда мы планировали напасть?

— Да, но тогда я еще не знал, что один из других охранников был нодтактом.

— Что? Уверен?

— Абсолютно, – сказал Воркот. – Я слышал, как он говорил с Дрейфи, когда мы встретились, чтобы подтвердить план. Дрейфи спросил: «А другие нодтакты?» – и тот охранник ответил: «Я работаю над начальством».

— Дрейфи знал, что это был нодтакт?

— Да.

Бреган не упал только потому, что опирался руками о стол. Дрейфи рассказал о планах реформистов нодтакту. Если ставские начальники знали, что грядет восстание, то неизвестно, сколько из них успели сбежать от справедливости. Победили реформисты, несмотря на то что ставы знали обо всем, или же ставы им это позволили? Решили ли они просто поддержать выдвижение Дрейфи в президенты вместо того, чтобы драться насмерть?