Книга Хозяйка магического источника. Я попала в тело аристократки, страница 91 – Колин Ви

Если бы он был склонен к романтике, то сказал бы, что дом пытается изгнать его. Чушь.

— Сейчас же отойди от сферы! — резко приказал он. — Я попробую укрыть её своей магией. Не знаю, что это, но выглядит враждебно. Может, очередные проделки твоих знакомых, а может — аномалия после восстановления Источника…

Он хотел добавить ещё что-то, но Каталина перебила:

— Тут нет ничего опасного! Смотри!

И прежде чем он успел остановить её, она коснулась ладонью сферы.

Раздался гулкий треск — и в следующий миг неведомая сила подхватила Данте, швырнув его прочь. Он вылетел из холла, с грохотом приземлившись прямо у подножия Источника.

Что за…?

Покачиваясь, Данте встал на ноги. Выплюнул тёмно-алый сгусток и неторопливо повёл головой, вправляя шейные позвонки. От силы удара вокруг образовался небольшой кратер.

На его месте обыкновенный человек сейчас бы лежал как безвольная тряпичная кукла, не ведающая ни боли, ни страха. Но смерть к тёмному магу забыла дорогу давным-давно. Что ж, возможно, так даже лучше: глядишь, ещё успеет понять, каково это — быть любимым.

— Каталина, — надрывно закричал, когда окончательно пришёл в себя.

Мужчина лихорадочно пытался понять, что произошло. Вправляя запястье, мысленно приказал тьме вернуться к месту взрыва. Магия откликнулась — неохотно, однако, подчинилась.

Что это было? Какая сила сумела швырнуть тёмного мага, как тростинку? Когда он был ребёнком, отец вселил в него сотни душ завоевателей и кровавых полководцев. Данте сумел их укротить — со временем они стали просто тенями, беспрекословно слушающимися его воли.

Но сегодня даже они отступили перед светлыми силами, поселившимися в доме.

Он мысленно вернулся в холл, перематывая в памяти каждую мелочь за миг до того, как его швырнуло наружу. Пахло свежестью, в воздухе искрилась светлая магия. И всё же там было ещё нечто — крошечная деталь, ускользнувшая от внимания, пока он думал только о своём «персиковом солнце».

Данте прибавил шагу. Шум на стройке вздулся и тут же отхлынул — рабочие что-то крикнули, но он лишь отмахнулся, не замедляя хода. «Не их дело, чем заняты маги», — машинально буркнул про себя… и тут же поморщился: «Каталине такое бы не понравилось. Ладно, извиняться потом — сейчас важно другое».

Мысль о ней цепко держала внимание: «Она ещё молода и не видит, сколько вокруг охотников до чужой магии…» И в этот момент щёлкнуло — кикиморы. Они ведь не просто топтались рядом. Они подпитывали сферу, как положено фамильярам воды: подхватывали процесс и тянули его дальше, слой за слоем. Если они не испугались и не пострадали, значит, речь не о нападении.

С этим осознанием всплыла забытая деталь: стены усадьбы таяли, будто воск на солнце, а воздух пах свежестью и чистой силой. Такое Данте встречал только в старых трактатах о всплесках светлой стихии — видеть своими глазами не доводилось. «Выходит, это был именно всплеск, а не удар, и если он безвреден для водных фамильяров… — Мысль закончилась последним недостающим звеном:

— …То и с Каталиной всё в порядке».

Надежда тихо кольнула в груди и выровняла дыхание. Он ускорился ещё — уже не от тревоги, а чтобы поскорее убедиться в собственном выводе.

Данте вдруг заметил: его тени не проходили внутрь. И сам дом… уже был другим.