Книга Единою судьбой. Плата за свободу, страница 96 – Елена Помазуева

Когда вырастит, не одно сердце покорит синеглазая красотка. В этом Стоик был уверен.

Во дворе послышались голоса. Дети переглянулись, и Саран поспешила покинуть комнату. Вскоре вошли слуги и, не заботясь о страдальце, оставленном в одиночестве, завалились спать. Их ждал новый трудовой день, где им присматривать еще за кем-то?

Утром миледи Хваин вместе с дочерью уехала к морю, а у Стоика состоялся разговор с хозяином.

— Ты привел Саран к месту наказания? – сурово спросил мужчина.

— Я, - не стал отпираться мальчишка.

— Зачем? – голос хозяина стал еще строже.

— Молодая госпожа спряталась из озорства, не подозревая, что ожидает слуг за ее поступок. Я показал, какие последствия наступают после проделки, - вздохнув, признался Стоик.

— Разве ты не хотел ее наказать, унизить? – нехорошо прищурился милорд Хваин.

— Нет, господин. Молодая госпожа поняла, почему поступила неправильно и обещала не убегать и слушаться родителей, - мотнув головой, ответил подросток.

— Когда успел с ней поговорить? – подозрения его не отпускали.

Мужчина смотрел на мальчишку, послушно опустившего голову, но отвечавшего спокойно и уверенно. Он сцепил руки перед собой и твердо стоял босыми ногами на натертом до блеска полу. Милорд Хваин задумчиво потер подбородок рукой.

— Когда молодая госпожа уходила, я попросил ее об этом. Можете спросить у любого из слуг, кто там был, - Стоик поднял голову и встретил суровый взгляд хозяина.

Разумеется, о вчерашнем визите и лечении он никогда не скажет. Хоть хозяйская дочка избалованна, но с добрым сердцем. А доброту парнишка давно научился ценить.

— Урок Саран получила жестокий. Хотелось уберечь ее, но посмотрим, какие выводы она сделает.

Хозяин отпустил Стоика, разрешив не помогать слугам, пока не заживут раны. Впрочем, чудодейственная мазь миледи Хваин оказала благотворное действие и вскоре мальчишка работал наравне со всеми

Саран стала послушной, радуя родителей. Она больше не совершала поступки, за которые расплачивались другие. Но и не забыла раба, старше ее на семь лет. Потихоньку девчонка расспросила прислугу и узнала, когда он возвращается в поместье, и старалась оставаться дома, под разными предлогами откладывая поездку к морю. Миледи Хваин ничего не имела против, тем более дочь стала послушной и отзывчивой, о чем с воодушевлением рассказывала мужу.

Каждый год дружба между детьми крепла. Стоик не представлял жизни в поместье без непоседы с двумя косичками. Саран подрастала и становилась привлекательной девушкой, а ее выразительные глаза одаривали счастьем любого, кто попадал в поле ее зрения.

Поход на рынок, в лес или в поле они обязательно совершали вместе. Несколько летних дней наполнялись радостью и весельем. Миледи Хваин не могла нарадоваться на прилежную дочь, с готовностью выполняющую ее поручения. Она не догадывалась, что Саран обязательно брала с собой молодого человека, по возрасту подходящего ей в возлюбленные.

Детская дружба переросла в крепкую привязанность, когда парень и девушка не представляли жизни друг без друга. У Стоика оставался последний год обучения, и он предвкушал возвращение домой, где его ожидала синеглазая красавица.

— Ваше обучение почти закончилось, - проговорил учитель, значительно постаревший за несколько лет. – Осталось последнее испытание. Именно оно покажет, кто из вас станет стоиком.