Книга Ледяная невеста для герцога дракона, страница 18 – Таля Верховская

— У меня есть кое-что другое, — сказала я.

— И что же?

— Выносливость. И привычка вставать после падения.

На секунду в её глазах мелькнуло удивление.

— Посмотрим, как долго вы продержитесь. Отбор — это война.

Она развернулась и ушла, шелестя горностаем.

Эльза протянула мне руку поверх стола:

— Леди Ростан, я думаю, нам стоит держаться вместе.

— Союз, — подтвердила я, пожимая её ладонь. Кожа была холодной, но хватка крепкой.

Я взглянула в конец стола. Сильвия уже встала, требовательно щёлкая пальцами, призывая служанок. Роза Мортон что-то весело шептала соседке, поглядывая в мою сторону с явным интересом. Эйлин шла к выходу, не оглядываясь.

Три типа угрозы. Три разных оружия. И все они смотрели на меня, как на пустое место.

Я сжала пальцы. Под ногтем царапнула дерево стола.

— Пусть смотрят, — прошептала я. — Лёд не трескается от взглядов.

* * *

Дорогие читатели!

В следующей главе герои обретут лица. Я покажу вам арты, в которых оживает моё видение главных героев книги.

Ставьте лайки, моей музе будет приятно. Подписывайтесь на страницу. Там тоже будет интересно.

Ваша Таля

Глава 8. Гребень не лжёт

Глава 8. Гребень не лжёт

Дверь захлопнулась, отрезав гул зала и терпкий аромат дорогого вина. Тишина, тяжёлая, будто впитанная пористыми старыми стенами, окутала комнату. Я прислонилась к деревянной панели, закрыла глаза. В памяти ещё звенели вилки, шептались соперницы, резал слух ледяной тон герцога. И тот взгляд…Вертикальные зрачки сузились на долю секунды — он оценивал не платье, а мою способность выживать.

Эльза и Селина, их руки, сцепленные поверх стола:«Мы в одном строю» . В мире, где каждый готов вонзить нож в спину ради крупицы власти, их предложение звучало не как жалость, а как холодный расчёт. Этого хватит — пока.

В дверь постучали — три коротких, выверенных удара, словно ритм тайного кода.

— Леди? Это я, Мира. Принесла воды и… новости.

Я распахнула дверь. Служанка стояла на пороге с медным кувшином, но лицо её сегодня было непривычно серьёзным. Она переступила порог, бесшумно поставила кувшин на стол и быстро оглянулась на пустой коридор.

— Завтра — не просто лёд, леди, — прошептала она торопливо. — Это магия его светлости. Герцог высвободит свою стужу на лед пруда. Она живая. Она чует страх. Мира понизила голос до шёпота:

— Кто дрогнет — того лёд выжжет. Кто побежит — обожжёт. Идти надо ровно. Дышать — размеренно.

— А как прошли те, кто был до меня? — спросила я, наливая воду. Руки не дрожали.

Мира побледнела.

— Тяжело проходили. Многие падали уже на третьем шаге. Некоторые едва доползали. Только леди Мэри хорошо справилась.

— Она же утонула, — тихо напомнила я.

— Да. Но не на испытании, — Мира стиснула край передника, и голос её дрогнул. — Леди Мэри прошла лёд безупречно. Герцог одобрил её. Венчание назначили на следующую неделю. Но за два дня до торжества…Она помедлила.

— Слуги шептали, что она стала странной: жаловалась на невыносимый жар, хотя в покоях стоял мороз. Пила воду литрами, но жажда не утихала. Говорила, что лёд под ногами тает, как воск, — хотя стояла на ковре. А потом… её нашли в пруду. Одежда сухая, но лёгкие полны воды.

— Её толкнули, — констатировала я.

Мира едва заметно кивнула.

— Кто-то дал ей питьё. Оттого и жар, оттого и помутнение рассудка. Она шла к пруду, как во сне. А там… кто-то помог ей не вернуться.