Книга Ледяная невеста для герцога дракона, страница 19 – Таля Верховская

Я замерла. Кувшин в руке вдруг сделался ледяным.

Жар на льду? Это противоречило всем законам природы. Но вдруг запах миндаля и горьких трав из моих обрывочных воспоминаний сложился в чёткую картину: её не просто толкнули — подготовили, лишив бдительности.

— Спасибо, Мира. Иди.

Служанка кивнула и выскользнула за дверь, словно опасаясь, что стены услышат слишком много.

Я осталась одна. Подошла к шкафу — тяжёлая дверца скрипнула, выпуская запах пыли и сухой древесины. Имя «М. Вэллс» всё ещё зияло на внутренней стороне створки.

Но сегодня под ним проступило нечто новое. Я пригляделась внимательнее. Надпись будто начертана раскалённым остриём:«Середина — ложь».

— Середина — ложь… — пробормотала я, хмурясь. Что это могло значить? Опасность подстерегает именно на середине пути…?

Мои размышления оборвались— гребень в моих волосах резко дёрнулся, будто его потянули за невидимую нить. Я дёрнулась вместе с ним. Быстро сняла с себя старую заколку.

— Что?.. — прошептала я, невольно отдёргивая руку. Гребень дрожал, будто в лихорадке, а буквы мерцали, как ледяные искры.

«Тепло убивает».

До этого момента я считала гребень обычной безделушкой — одной из немногих личных вещей, оставшихся от прежней Лианны. Память о доме, не более. Светящаяся надпись говорила об обратном. Это был не просто гребень. Это был родовой артефакт Ростанов — вещь, которую я носила в волосах, не подозревая о её истинной сути.

По спине пробежал мороз. Я вдруг осознала, что тепло может стать моей погибелью.« Это магия…— подумала я, стискивая гребень.— Она предупреждает меня. Я разгадаю эту загадку. И я буду осторожна».

Если артефакт пробудился сейчас, значит магия замка узнала мою кровь. Я смогу использовать его — ориентироваться по его холоду или теплу. Он станет моим компасом в этом ледяном лабиринте лжи.

Не холод убил Мэри. Кто-то подстроил её гибель, обманув тело — заставив мышцы расслабиться, разорвав связь со льдом. И завтра тот же яд ждёт меня.

За окном резко запахло озоном. Я подошла к подоконнику. Там, где минуту назад лежала сухая ветка, теперь стоял маленький стеклянный флакон. Почти пустой — на дне осталась лишь янтарная капля. Я осторожно открыла пробку. Запах ударил в ноздри: сладкий, тягучий, дурманящий. Он будил желание сбросить платье, распахнуть окно, лечь на снег и забыться вечным сном.

Я резко захлопнула флакон, завернула в платок и спрятала в сундук, под груду платьев. Это не подарок. Это — улика. И я знаю, когда она пригодится.***Лианна РостанГерцог Драго Вериус

Глава 9. Утро перед льдом

Колокол ударил три раза — резко, требовательно. В комнате царил такой холод, что дыхание превращалось в густой пар, оседающий на ресницах инеем. Это не была зимняя стужа — лишь магия герцога, выпущенная до рассвета. Она давила на грудную клетку, вымораживала сомнения, превращала каждый вдох в испытание воли. Дверь распахнулась без стука. Мира влетела, едва не расплескав кувшин, будто за ней гналась буря.

— Леди, быстрее! Сбор во дворе через десять минут. Все уже внизу! — выпалила она, нервно поправляя передник. Её голос дрожал, как лист на ветру.

— Леди Торн уже полчаса кричит на служанок, требует масла для льда: «Благородная кожа не должна касаться грязи!» А леди Мортон вышла в одной рубашке, хохочет, будто на спор… — Мира замялась, понизив голос. — А леди Вэлс — та, с кудрями, — стоит у арки с матерью. Говорят, она не спала всю ночь. Шепчет, что лёд зовёт её по имени.