Книга Трактир графини Оболенской, страница 121 – Мария Геррер

Я была уверена — Марине льстит, что Уваров до сих пор волнуется при виде ее. Не знаю, что у них было, но она тревожит его.

— Вы не спросите меня о Марине? — поинтересовался он.

— Зачем? — спросила бесцветным голосом, стараясь придать вопросу максимум безразличия.

— Из любопытства.

— Ах, ну да, женское любопытство, куда же без него. Разочарую вас — я не любопытна, — нагло соврала в ответ.

— Или бесстрастны, — его губы тронула легкая улыбка.

— Дело идет к завершению, мы с вами скоро расстанемся, — Уваров перевел взгляд на темное окно.

А ведь он прав — как только дело будет раскрыто больше нас ничего не будет связывать. В груди пахнуло холодом, словно сквозняком.

— Так сложилось, близких друзей у меня нет, — продолжил он. — И я подумал, что мы с вами почти друзья, у нас много общего. Вот и захотелось, чтобы не было недосказанности. Наверное, вы правы, и надо оставить все как есть.

— Нет, вы меня не так поняли, — поспешно произнесла я. — Вы правы — у нас много общего, и я не хотела бы прекращать общение после завершения дела. Но и лезть к вам в душу, любопытствовать я тоже не хочу. Да и не умею. Как понимаю, Марина причинила вам боль. Если вам поможет разговор со мной, я готова выслушать. Хотя я бы посоветовала общаться на тему Марины не со мной, а с опытным психологом.

— Психиатром? — удивленно уточнил Уваров.

— С психологом. Это разные вещи. Психолог помогает разобраться в себе. Но, похоже, их в Москве нет или они еще не набрали популярности.

Очевидно, мне предстоит исполнить обязанности психолога. Вот только я смутно представляла, как происходит подобное общение.

— Заметил, что Марина вам не понравилась.

— Это было настолько очевидно? — напряглась я. И кто тут играет роль психолога?

— Вы ей не понравились еще больше, — не сдержал улыбку Уваров.

— И это вас обрадовало, — констатировала я. Ну да, я же вызвала ревность его бывшей!

— Пожалуй, вы правы.

— Вам приятно, что Марина злится из-за меня? — не стала употреблять слово «ревнует», слишком большую смысловую нагрузку оно несет в данной ситуации. — И да, Марина мне не понравилась. Самовлюбленная и самоуверенная особа с завышенной самооценкой. Красивая, знает, что нравится мужчинам и пользуется этим. Нет, такие особы мне не нравятся.

— Марина — моя первая любовь, — все-таки начал свою исповедь Уваров. — Мы знакомы еще с юности. Юношеская влюбленность переросла, как я думал, во взаимную крепкую и искреннюю любовь. Наши семьи дружили, и родители не возражали, когда я попросил у них руку и сердце Марины. В то время я закончил учебу в университете и начал работать в Департаменте внутренних дел. Подавал надежды, планировал сделать карьеру. Марина была счастлива, началась подготовка к свадьбе. Однажды на балу она встретила своего будущего мужа — дипломат в Вене, с высоким положением в обществе, состоятелен, обласкан при дворе. Завидный жених, хотя и старше Марины на пятнадцать лет.

— Ожидаемо, что она променяла вчерашнего студента на блестящего дипломата.

— Ну, я-то этого не ожидал. Марина разорвала помолвку, признавшись, что полюбила другого. Потом, очевидно, что-то рассказала Лопухину. На одном из светских приемов он публично пытался меня оскорбить. Я ему ответил тем же. Без дуэли было не обойтись. Сейчас я думаю, Марине очень хотелось, чтобы за нее дрались, это подняло ее положение в обществе.