Книга Королева выполняет обещание, страница 160 – Татьяна Миненкова

— Дорогие друзья, — в микрофон обращается к присутствующим ведущий. — Сейчас шеф-повар представит вам основные блюда, а после перед нами выступят приглашенные спикеры.

Наугад пробую несколько закусок. Жаль, что я всё же за рулем. Я принимала решение не пить до того, как изображение Князева с невестой отпечаталось на сетчатке и теперь видится даже под закрытыми веками. Безалкогольных коктейлей здесь нет, но есть бар, за стойкой которого я уговариваю бармена сделать айс-латте и медленно тяну его через трубочку. Очевидно, вид у меня при этом такой, что даже знакомые не рискуют подходить ближе. Находится лишь один бесстрашный:

— Добрый вечер, Аниса Александровна, — адвокат Северов дожидается от меня приветственного кивка и продолжает: — Слышал, вы всё же сумели добиться изменения меры пресечения для Шестакова.

Такими вещами принято хвастаться, но мне не хочется. Я не созналась Тиму, но его выход под домашний арест не принес удовольствия не только ему, но и мне самой.

— Это всего лишь выигранный бой, Алексей Петрович, но не война, — криво усмехаюсь я, не собираясь упоминать, что вынашиваю планы дезертировать с поля битвы.

— И всё же, примите мои поздравления. Адвокатское сообщество пристально наблюдает за делом Тимура и ваши победы не остаются незамеченными.

Кажется, он был бы не прочь выведать у меня какие-нибудь нюансы, но я сдержанно киваю:

— Благодарю.

Северов отходит, и я пытаюсь сосредоточиться на речах спикеров, но в голову настойчиво лезут мысли о Князеве. Он выделяется в светлом костюме среди однообразия тёмных. Я постоянно натыкаюсь взглядом на них с невестой, но они достаточно далеко для того, чтобы женщину в бордовом платье можно было рассмотреть. Я вижу, как на неё реагируют окружающие — улыбками и обходительностью. Она явно красива, уверена в себе и умеет себя подать. Но мне этого недостаточно. Поэтому, улучив момент, когда Елисея увлекает разговором один из мужчин в деловом костюме, я решительно шагаю ближе. Хочу встретиться с ней лицом к лицу.

Лавируя в толпе гостей, вижу перед собой только свою цель — яркое платье конкурентки. Зрение становится узконаправленным, дыхание сбилось, мышцы одеревенели и конечности движутся словно на шарнирах. С тех пор, как я впервые увидела невесту Елисея, в груди, под ребрами, появился шар: холодный, тяжелый и блестящий, как для подшипников, только больше. С каждой минутой он растёт, мешая дышать. Поэтому я и шагаю к ней — чтобы этот шар уже наконец взорвался внутри…

— Аниса, — резко окликает знакомый голос, вынуждая остановиться и повернуть голову.

Ярослав. Надменный и явно довольный собой. В черном смокинге, кипенно-белой сорочке и галстуке-бабочке.

— Чего тебе, Невзоров? — отзываюсь я, не собираясь разыгрывать перед ним вежливость.

Я ведь и без того сейчас на взводе и «не в ресурсе», как сказала бы Ксенька. Только что вдребезги разбились последние розовые очки. Невеста Князева от меня на расстоянии нескольких метров. Не лучшее время, чтобы лицемерно улыбаться тому, кто обозвал моего сына прицепом и обузой.

— Есть разговор. — Яр кивает мне на двери террасы. — Кто знает, когда представится следующая возможность встретиться лично.

— Даже если никогда, я сумею это пережить, — хмыкаю я, но что-то в выражении его лица меня цепляет.