Книга Королева выполняет обещание, страница 73 – Татьяна Миненкова

Ничего не говоря, сажусь рядом. Закатываю Ксенькины джинсы и тоже свешиваю ноги, но до воды они всё равно не достают.

— Ксюша сказала, что тебя можно не поздравлять, — хмуро подмечает он, заметив моё присутствие.

То, что Ксенька ввела его в курс дела — хорошо. Вот только она и сама ничего не знает и прояснять ситуацию придётся именно мне. И я проясняю настолько, насколько это возможно:

— Разве что с тем, что я не вышла замуж за того, за кого не следовало. А ты чего не приехал?

— Был жутко занят.

— Высадкой помидоров? — Я усмехаюсь, понимая, что папа даже не делает вид, будто собирался приехать.

— Почему только помидоров? — заявляет он с некоторой долей обиды. — Ещё картошку пора окучивать. А что, я много пропустил?

Прояснять — так прояснять. К тому же Яр всё равно папе никогда не нравился, поэтому гордость в голосе не глушу:

— Пропустил, конечно.Как твоя дочь вмазала бизнесмену, меценату и просто достойному мужчине Ярославу Невзорову по печении по кое-чему ещё.

Вообще-то, папа должен был удивиться, но вместо этого довольно усмехается:

— Очевидно, было за что. Но я никогда не считал Невзорова достойным мужчиной.

— Мне казалось, что он мог бы стать хорошим отчимом для Савы.Хотелось, чтобы мой сын рос в полной и относительно счастливой семье, а не как я.

Это — камешек в его огород. То, что я простила их с мамой за развод, не значит, что я о нём забыла и не напоминаю при каждом удобном случае. Но с папы где сядешь, там и слезешь:

— Без обид, Ниса, но Сава растёт хуже, чем росла ты. Отцу он не нужен, а ты такая же мать, как Ольга — увлечённая своими проблемами и амбициями.

— Пфффф.

Он снова выносит приговоры. Теперь уже мне. Неудивительно. Я могла бы поспорить, наверное, но обжаловать папины приговоры — такое же бесполезное занятие, как ругать Арта. Он тоже не собирается спорить и добавляет миролюбиво:

— Просто подумай об этом. И забери кота — он уже успел изорвать кухонный тюль и нагадить в раковину в ванной.

Воспитание котов — такое же испытание, как и воспитание детей.Оба эти испытания я, кажется, провалила.

Попросив папу потерпеть нас с Артом и Савкой до завтрашнего утра, я бреду по тропинке к дому, когда телефон начинает настойчиво трезвонить.

— Да, Ксюш, — отвечаю я, выудив мобильный из кармана. — Ты уже вернулась?

Понимаю, что сейчас она будет вытряхивать из меня подробности сегодняшнего побега и даже мысленно к этому готова, но Ксенька не собирается оправдывать ожиданий:

— Вернулась, — коротко заявляет она. — Ты мне срочно нужна. Почти так же срочно, как я была нужна тебе сегодня утром!

Судя по всему, у неё стряслось что-то серьёзное. Ускоряю шаг и отвечаю рассеянно:

— Я на улице, с папой говорила. А где ты?

— В папином кабинете. Приходи сюда. И побыстрей.

После трёх отрывистых фраз Полуянова завершает звонок, и я ускоряю шаг ещё сильней, стараясь не споткнуться в сгущающихся сумерках. Пытаюсь угадать, что именно могло произойти, но сегодняшний день оказался настолько плотно набит событиями, что мозг отказывается соображать. Я вхожу в дом и торопливо взбегаю вверх по ступенькам, почти бегу по коридору и распахиваю дверь в кабинет.

— Наконец-то, — недовольно комментирует моё появление подруга. — Иди сюда, поможешь.

В чём именно требуется помощь догадаться нетрудно. У папы ещё со времён работы в суде набралась приличная коллекция элитного и редкого алкоголя. Так принято: дарить мужчинам спиртное в знак уважения, даже если эти мужчины почти не пьют. Очевидно, дарители подозревали, что дочь Александра Романова, когда вырастет, станет относиться к алкоголю иначе, а его падчерица с присущей женщинам солидарностью будет это мнение разделять.