Книга Королева выполняет обещание, страница 74 – Татьяна Миненкова

— А почему нужна бутылка именно с верхней полки? — интересуюсь я, прикидывая, при помощи чего большую ёмкость из коричневого стекла можно достать, потому что стоит она очень уж высоко. — Мы что-то празднуем?

— Нет! — Ксенька отодвигает стул, потому что он не позволяет забраться на необходимую высоту. — Ты собираешься мне помогать?

Я подхожу к столу и пытаюсь подвинуть его к стене, но мебель из массива оказывается слишком тяжёлой. Такое ощущение, что его в кабинет подъёмным краном устанавливали на века и теперь он сросся с паркетом. Поняв меня без слов, подруга тоже толкает стол, упёршись бедром. Не знаю, что там у Ксеньки случилось, но судя по кипящему в её крови адреналину — настоящий апокалипсис. Она прямо пышет праведным гневом — глаза сверкают, а на щеках румянец. С помощью Полуяновой стол всё же покидает насиженное место и оказывается возле стены.

— А ты собираешься рассказывать, что у нас за повод? — Я взбираюсь на стол с ногами и тянусь вверх, но моего роста тоже оказывается недостаточно.

— Помнишь, я рассказывала тебе про Кирилла? — отвечает она вопросом на вопрос.

Не церемонясь, она сдвигает на край столешницы стопку документов и устанавливает на стол высокий деревянный табурет. Выглядит не слишком устойчиво, а судя по взгляду Ксеньки, лезть на эту сомнительную конструкцию предстоит мне. Полуянова славится неуклюжестью и, взгромоздившись на табурет, может обрушить не только его, но и добрую часть стены, где на красивых застеклённых полках поблёскивает гранями бутылок коллекция папиного алкоголя.

— Помню, — киваю я и осторожно взбираюсь наверх. — И что? Он всё-таки оказалсялукизмом?

Пошатываясь, выпрямляюсь и тянусь к верхней полке. Открываю стеклянную дверцу и вытаскиваю огромную бутылку коньяка. Блин-малин! Нехило Ксенька оценила собственные проблемы!

— Не «лукизмом», а «лукистом»! — недовольно шипит Полуянова. — Но ты всё равно не угадала.

— А кем тогда? — С бутылкой в руках я стараюсь удержать равновесие на неудобном табурете. — Шовинистом? Абьюзером?

— Хуже, — выдаёт Ксенька с траурным видом. Она забирает у меня из рук трофей и уходит к секретеру за бокалами.

— А кем тогда?

Почему-то спускаться оказывается гораздо сложнее, чем подниматься. Очевидно, до этого меня манила добыча и вниз тоже смотреть не проходилось. Ножки у табурета оказываются какими-то кривыми и тонкими, поэтому я примериваюсь к тому, чтобы спрыгнуть одновременно и с него, и со стола.

— Крапивиным! — страдальчески выдаёт подруга. — Он оказался Крапивиным!

В этот момент я как раз спрыгиваю с хрупкой конструкции, и табурет с грохотом валится со стола на пол. Блин-малин. Такой шум не то что папа — его, наверное, и соседи услышали. Но я так ошарашена Ксюшиным заявлением, что почти не придаю этому значения:

— Как это? Ты что его по фотографии не узнала? И он же интересным был, ты сама говорила, и по переписке нравился…

— А не его это была фотография! — рычит Ксенька, а пока она разливает коньяк в бокалы, у неё от злости трясутся руки. — Этот гад специально зарегистрировался на сайте, чтобы со мной познакомиться! И что самое ужасное — да, он мне действительно нравился — тот, что на сайте!

Беру один из бокалов и мгновение раздумываю над тостом. Честно говоря, было бы логично выпить за Крапивина — я не ожидала от него такой инициативности, но Ксенька не одобрит. Поэтому коротко произношу: