Книга Имя назовет Мальвина, страница 121 – Татьяна Миненкова

— В первый раз, — задумчиво повторяю я, но чтобы это не выглядело переспрашиванием, добавляю: — И ты без предупреждения тащишь с собой меня?

Место, в котором Семенов собрался встречать Новый год теперь выглядит еще загадочней и любопытней. Когда он сказал про семью, я сначала подумала про тяжких оперов, потом про Куприна, но теперь теряюсь в догадках.

Впускаю Костю в коридор, а сама послушно ухожу в спальню переодеваться. Вчерашний наряд достоин украшать только мусорное ведро и платье у меня осталось всего одно, голубое — собирая вещи, я не планировала частых культурных выходов. Зато и выбирать долго не приходится. Остается лишь махнуть кисточкой туши у ресниц и коснуться губ розовым бальзамом.

В гости не принято идти с пустыми руками, поэтому беру с собой печенье. Обуваясь, отворачиваюсь от Семенова — когда он так улыбается, скрыть ответную улыбку слишком сложно. Я ведь еще не простила его за дурацкое самоуправство. Основная проблема в том, что в отличие от вчерашней пули, сегодняшняя жертва была ненужной. И что будет, если Костя всё же потеряет работу?

Я не решаюсь говорить об этом вслух, но сидя рядом с ним за заднем сиденье такси, не выдерживаю, и интересуюсь:

— И всё-таки, кто для тебя теперь «семья»?

Хочется понимать, с кем именно сегодня предстоит встретиться, и готова ли я вообще к этой встрече. Семенов легко раскрывает интригу:

— С некоторых пор, моя семья — Аниса, Савка и Князев. Странная, но какая есть. Я ведь год назад и о такой даже не мечтал, а они появились в моей жизни сами по себе, и теперь нужны мне, а я нужен им. Мне этого достаточно.

Странно, что я не вспомнила о них. У каждого из нас есть определенное количество ячеек, которые могут занять те, кому мы по-настоящему доверяем. Семенов только что признался, что это количество для него — предел. А найдется ли мне рядом с ним место?

За окном такси пролетают пустые улицы. В преддверии праздника город похож на постапокалиптический, но вся жизнь сейчас сконцентрирована в светящихся квадратиках окон. За ними мигают гирлянды и сияют верхушки елок. За ними те, для для кого семья — нечто классически правильное, готовятся встречать Новый год. Раньше всё это казалось иллюзией. Я ведь не понаслышке знаю, что такие застолья иногда заканчиваются трагедиями и осмотрами места происшествия. Теперь понимаю: всё может закончиться трагедией. И меня впервые так манит чужой уют — эта идеально красивая картинка, как в соцсетях или на открытках.

Князевы живут в новой части города, на верхнем этаже сияющей высотки. Дверь открывает Аниса и при виде меня на её лице за несколько секунд сменяется десяток разных эмоций. Пожалуй, приехать стоило только ради этого. Но перестав смотреть на ее лицо, я замечаю то, на что каким-то непонятным образом не обратила внимания раньше. Облегающее платье цвета фуксии слишком явно подчеркивает немалый срок беременности, который Князева до этого умело скрывала жакетами оверсайз.

Но даже это не так неожиданно, как те чувства, которые я сама испытываю от этой новости. Ребра сжимаются, словно их сдавило узким корсетом. Я опускаю взгляд и до боли кусаю щеку изнутри. Аниса ведь — Костина бывшая. В отличие от меня, она часть его семьи и всегда ею останется. Как он относится к новости о ее беременности?