Книга Следствие ведет Мальвина, страница 60 – Татьяна Миненкова

Это обычный двор. Потрескавшийся асфальт, покосившиеся скамейки у подъездов, острые ветки голых деревьев, пронизывают низкие тёмные облака. Ничего примечательного. Таких дворов в этом городе сотни. Но почему тогда машина Рины осталась у Меркурия, а сама она оказалась здесь?

Сосредоточиться сложно. В голове шумит. Воспроизведя в голове снимки из фототаблицы, я опускаюсь на ворох шуршащих листьев и ложусь на спину. Отодвигаю в сторону мысли о собаках-мушкетерах и о том, сколько раз они здесь всё пометили.

— Что ты видела? — одними губами повторяю я, разглядывая серое небо, оранжевую кирпичную стену и ветви деревьев.

Рина долго молчит, а я лежу, не шевелясь. Вдыхаю запах земли и листьев — древесный и сладковатый. Вдалеке гудят машины. Приглушенно звучит телевизор из приоткрытого окна. Людей рядом нет, но даже если бы были — мне всё равно, кто и что подумает. После того, как убийца будет найден, я никогда больше сюда не вернусь.

«Было тихо, — неожиданно сообщает мне Рина. — Пар от земли превращался в туман. На небе оставались последние звёзды».

Она, как и Саша Власова, погибла на рассвете. Я задерживаю дыхание, надеясь, что сестра расскажет что-то ещё. Укажет на какую-нибудь по-настоящему значимую деталь или даже убийцу, но она лишь тихо добавляет:

«И черный капюшон».

Воображение уже рисует, как убийца склоняется над телом умирающей девушки. На нем черная куртка или толстовка. Наверняка, он надел капюшон, чтобы остаться незамеченным. Прикрываю веки, чтобы картинка стала чётче и яснее. Словно из этого образа получится разобрать черты лица или особые приметы, но видение рассеивает короткая фраза:

— Не там лежишь, Мальвина.

[1] Статья 91 Уголовно-процессуального кодекса РФ регулирует процесс задержания подозреваемых.

What a Wonderful World — Chase Holfelder

Семенов возвышается надо мной, сочась ехидством. Мелкие снежинки, успевшие посыпаться с неба, оседают на тёмно-синей форменной куртке и почти сразу тают.

— Где хочу, там и лежу, — огрызаюсь я, недовольная его появлением.

Костя ведь снова сбил меня с толку и не даёт сосредоточиться. К коктейлю из дребезжания и тиканья внутри добавляется злость.

— Действительно, — констатирует он, с тоской оглядывает чистую форму и, присев для начала на корточки, осторожно ложится рядом, сбив с толку еще больше.

Ведь одно дело, когда на земле лежу я — неуравновешенная, и совершенно другое, когда рядом со мной лежит Семёнов, при его-то возрасте, росте, руководящей должности и звании! К тому же, я лежу для дела, а он — просто так — за компанию! И если решу его выгонять, Костя точно останется здесь, как минимум мне назло. Недовольно закатываю глаза:

— Ну и зачем это?

— Как зачем? — притворно удивляется он. — Ты вчера сказала, что мне не доверяешь, а совместное лежание очень сближает, тебе не кажется?

При всём несоответствии окружающей обстановке, Семёнов чувствует себя абсолютно невозмутимо. Так, словно валяться на усыпанных листьями газонах городских дворов — одно из его хобби. Костя закидывает руку за голову для удобства, вторая рядом с моей — тепло от неё ощущается даже без прикосновений.

— Как ты нашел меня? — фыркаю я вместо того, чтобы указывать ему на неподобающее поведение.

— Ты была бы не ты, Мальвина, если бы после кражи дела из архива не отправилась на осмотр места происшествия.