Книга Совершенство, страница 226 – Татьяна Миненкова

Из магазина «Лакомка» так приятно пахнет выпечкой, что рот заполняется слюной. Но есть для меня аромат гораздо желаннее. Бергамот.

Я миную стадион «Динамо», а потом вдруг поскальзываюсь в грязи и чуть было не падаю в лужу, вовремя уцепившись за кованый забор. Просто я не смотрю под ноги. Я смотрю вперед. Туда, где вижу знакомый черный «лэнд», говорящий о том, что я успела.

Вопреки плохой погоде, несколько солнечных лучей падают прямо на набережную, а капельки тумана кружат внутри каждого из них, будто танцуют под неслышную никому музыку. Владельца автомобиля, стоящего в свете одного из таких лучей, я замечаю мгновением позже.

Из пестрой толпы туристов с разноцветными зонтиками его выделяют широкие плечи, темный деловой костюм и белая рубашка с закатанными рукавами. Пиджак перекинут через согнутый локоть точно так же, как в день нашего знакомства, когда мы с Марком расстались на этом самом месте. В другой его руке сложенный зонт-трость. Такой же, как у ангелочка, только черный.

Марк не видит меня, задумчиво глядя вдаль на воды Амурского залива. Прав был мой советчик с правого плеча – хмуриться и думать Нестеров предпочитает именно здесь. Рядом с морем, темно-зеленым, как его глаза, и облаками, затянутыми туманом.

Ускоряюсь до жжения в груди, потому что мне вдруг начинает казаться, что Марк может раствориться в этом тумане в любой момент. Исчезнуть, как в том сне, одновременно с залитой дождевой водой серой плитки набережной и из моей жизни.

Оказавшись за его спиной, я неожиданно замираю, осознавая, что понятия не имею, что сказать. Просить прощения? Говорить о том, как он нужен мне? Признаваться в любви?

Аромат бергамота, смешанный с ароматом дождя и моря, касается ноздрей. Я глубоко вдыхаю его. Марк оборачивается и застывает напротив меня.

Не могу понять, что читается в его взгляде. Горечь? Досада? Злость? Или безразличие?

— Зачем ты пришла? – спрашивает Нестеров, слегка приподнимая левую бровь.

Однако он не выглядит удивленным. Словно знал, что я не смогу уехать, не увидев его напоследок. Интересно, если бы я не пришла, он сам нашел бы повод для нашей последней встречи?

В глубине души понимаю, что бежала сюда, надеясь, что Нестеров попросит меня остаться с ним. Тогда я отменила бы все. С легкостью перечеркнула бы ту красивую картинку собственного будущего, что нарисовал для меня ангелочек. Отказалась бы от своей мечты ради Марка, если бы он об этом сказал.

— Чтобы попрощаться, – отвечаю я. – У меня билеты на завтрашнее утро.

Нестеров любезно разрешает:

— Прощайся.

Он смотрит снисходительно и выжидательно. А из моей головы вдруг вылетают все слова, которые я могла бы ему сказать, кроме трех, самых важных, которые точно не произнесу первой.

— Еще обижаешься на меня?

— А должен?

Наверное, должен. После того, как я столько раз разочаровывала его. Столько раз неосознанно делала больно. Я виновато опускаю глаза, но Марк осторожно поднимает мою голову, держа за подбородок и заставляя посмотреть на него, а я замечаю сбитые костяшки пальцев на его правой руке, и мне становится еще печальней от понимания, что это тоже из-за меня.

— Я не обижаюсь на тебя, Милана. Как можно злиться на то, что ты такая, как есть? И именно это всегда делало тебя такой привлекательной и непохожей на остальных.