Книга Совершенство, страница 62 – Татьяна Миненкова

Какое-то время я сижу на песке, всматриваясь в морской простор и расплывающуюся вдали полосу горизонта. Задумчиво разглядываю скалистые острова архипелага. Нужно вернуть себе прежнюю невозмутимость и беспринципность, цинизм и дерзость. Снова стать собой. А я, если ставлю перед собой цели, добиваюсь их во что бы то ни стало.

Я теряю счет времени, погруженная в собственные раздумья, когда замечаю приближающийся со стороны лагеря мужской силуэт и удивляюсь, узнав в нем Никиту. Он улыбается.

— Твоя прогулка затянулась. Все в порядке?

— Конечно, – беспечно отзываюсь я. – Просто наслаждалась красивым видом.

Он садится на песок рядом. Сейчас на Никите белая майка, но рельеф мышц прекрасно заметен и сквозь нее.

— Ты гораздо красивее вида, Лана, – произносит он негромко. – Расскажешь, что между тобой и Марком?

— Ничего такого, что я хотела бы обсуждать.

Я понимаю, что Сахаров не в том положении, чтобы требовать от меня ответа, и пользуюсь возможностью не рассказывать о том, что между мной и Марком… ничего. Пусть поревнует – ему полезно. Но Ник не собирается сдаваться:

— Он тебе нравится?

— Нет, – отвечаю я честно и вздрагиваю от того, как рука Никиты, будто случайно, касается моей.

Замираю на мгновение, чувствуя, как учащается сердцебиение. Его пальцы с нежностью скользят по моей усыпанной песчинками ладони, и внутри расцветает приятное удовлетворение от мысли о том, что Сахаров – мой.

— «Никогда я не был на Босфоре, ты меня не спрашивай о нем. Я в твоих глазах увидел море, полыхающее голубым огнем»^[8], – цитирует Есенина Ник, и его любовь к поэзии кажется ужасно романтичной. – Ты словно приворожила меня, Лана. Я понимаю, что поступаю нечестно по отношению к Лере, но не могу совладать с собственными чувствами. Ни на секунду не могу перестать думать о тебе.

Его долгожданное признание льстит самолюбию и кружит голову. Я ничего не говорю, но вместо ответа мои пальцы переплетаются с его. Кожа Ника влажная и прохладная, по ней перекатываются мелкие белые песчинки.

Повернувшись друг к другу, мы встречаемся взглядами. Мой силуэт отражается в расширенных зрачках. Опустив глаза, будто смутившись, Ник смотрит на мои предусмотрительно приоткрытые губы, и я закусываю нижнюю, понимая, что он готов поцеловать меня. Только не здесь, не сейчас, когда Лера и Марк совсем рядом. Шепотом, словно нас кто-то может услышать, Ник предлагает:

— Давай встретимся вечером, когда все уснут?

— Подумаю над твоим предложением, – кокетничаю я, заранее зная, что с удовольствием соглашусь. – Посмотрю на твое поведение.

— Сделаем вид, что просто засиделись допоздна, чтобы не вызвать ни у кого подозрений.

Досадно, что мнения Дубининой и Нестерова его все же волнуют. Видимо, наши отношения должны стать более близкими, чтобы он наконец определился и необходимость прятаться от других отпала.

— Идем, – я поднимаю с песка пустой бокал. Нельзя, чтобы разговор слишком затянулся. – Нам пора.

На этом этапе ему должно быть меня мало, а времени, проведенного вместе, – катастрофически недостаточно. И по разочарованному лицу Никиты я вижу, что манипуляция удалась. Но чувствую, что условная договоренность встретиться ночью греет душу нам обоим, словно маленькая искорка, тлеющая внутри. Достаточно будет легкого дуновения ветерка, чтобы она разгорелась в настоящее пламя.