Книга Катамаран, страница 102 – Александр Ольшанский

— Жаль, что всё заканчивается, – тихо сказала Таня.

— Это не конец, – так же тихо ответила Самира. – Это начало чего-то нового. Для всех нас.

Они стояли на палубе своего израненного, но непобеждённого катамарана, глядя на приближающийся берег. Позади остались океанские мили, труп, волна-убийца, ложные подозрения и страх. Очень хотелось верить, что впереди была только правда. И они верили, что она будет на их стороне. Завтра приключение длиной в океан официально завершится. Но их личные одиссеи только начинались.

Катамаран «Кон-Тики Второй», больше похожий на инвалида, чем на гордое исследовательское судно, медленно, с достоинством угасающей звезды, входил в оживлённые воды порта Каракаса. Яркое карибское солнце, казалось, насмехалась над их потрёпанным видом, безжалостно высвечивая каждую вмятину, каждый сорванный кусок обшивки. Крики чаек, гудки огромных грузовых судов и запах мазута – всё это обрушилось на них, оглушительное и чужое после недель океанских просторов.

— Ну, вот мы и дома, – мрачно пошутил Паоло, озирая портовые краны, похожие на скелеты доисторических птиц. – Только вид у нашего дома, прямо скажем, не очень презентабельный. Словно его пожевала, а потом выплюнула наша волна.

Они молча скользили мимо гигантских контейнеровозов, и их маленький, израненный катамаран казался жалкой щепкой, затерявшейся в лесу стальных великанов. По предварительной договорённости с Интерполом через Юнгзе, они подходили к указанному причалу – уединённому пирсу вдали от основных доков. Все стояли на палубе, всматриваясь в берег, где их ждала не свобода, а новая неизвестность.

— Ну что, капитан, – Бьорн, стоя рядом с Александром, не сводил глаз с группы людей, ожидавших их у причала, – готовы сдать экзамен по «Основам контрабанды и выживания среди мафиози»?

— Всегда готов! – Коротко бросил Александр, его пальцы сжали поручень. – Главное – чтобы экзаменаторы были те, кого мы ждём.

Ими оказались двое – энергичный, смуглый мужчина в штатском, но с осанкой военного, агент Рамос, и его напарница, холодная блондинка с пронзительным взглядом, агент Клермон. Они подошли к самому краю причала, когда катамаран мягко пришвартовался.

— Господин Сенкевич? – голос Рамоса был спокоен и деловит. – Мы получили ваши данные. Будем действовать по протоколу. Прошу всех оставаться на судне.

В течение следующих минут причал быстро оцепили вооружённые люди в форме местной полиции. Подъезжали чёрные внедорожники без опознавательных знаков. Начиналась операция. Самира, стоя у леера, вдруг схватила Александра за руку.

— Смотри, – прошептала она, указывая взглядом на дальний складской комплекс. – Вон там, у тех красных контейнеров… Жамал. Один из громил Масуда.

Александр последовал за её взглядом и увидел знакомую по описанию коренастую фигуру, которая быстро скрылась в тени между контейнерами. Холодок пробежал по его спине. Они были здесь. Наблюдали.

Агенты поднялись на борт. Их взгляды были профессиональными и непроницаемыми.

— Не волнуйтесь, – сказал Рамос, обводя взглядом команду. – Вы сделали самое трудное – дошли до финиша. Судя по виду катамарана, вам пришлось нелегко. Теперь наша работа.

Команду попросили побыть в своих каютах. Они сидели, слыша снаружи голоса, шаги, работу инструментов, и чувствовали себя пациентами на операционном столе. На операции, исход которой неизвестен. Врата порта захлопнулись за ними. Они были в безопасности от океана, но теперь оказались в центре другого шторма – человеческого и юридического – куда более непредсказуемого.