Книга Запах смерти, страница 109 – Эндрю Тэйлор

— Так ему выдадут пропуск? – уточнил я.

— Возможно. Причин для отказа, собственно, не имеется. – Марриот замялся, а потом добавил: – Бытует мнение, что с судьей Винтуром обошлись не слишком хорошо, и положительный ответ на запрос его сына станет простейшим способом хоть как-то компенсировать несправедливость.

— Однако отказ на запрос, возможно, будет куда милосерднее.

— Поживем – увидим. – Майор снова замялся. – Я подумал, вам следует знать. Полагаю… что миссис Арабелла пользуется доверием своего мужа.

Мы с майором переглянулись, но каждый из нас имел в виду нечто прямо противоположное. Насколько я понял, Марриот считал, что миссис Арабелла знает о планах супруга, а если нет, то мне нужно ей намекнуть.

В следующий понедельник, через три дня после визита Марриота, я заглянул после обеда на Уоррен-стрит. Миссис Арабелла и старая миссис Винтур находились в гостиной. Миссис Винтур крепко спала в своем любимом кресле возле камина.

— Моего мужа нет дома, – тихо сказала миссис Арабелла, подняв глаза от своего шитья и взглянув на столик у окна. – Судьи тоже.

— Не имеет значения. Сегодня очень жарко и душно. В данный момент мое единственное желание – получить чашечку чая.

Она попросила меня позвонить в колокольчик и секунду спустя велела Мириам принести все для чая. Я стоял возле открытого окна в надежде поймать дуновение свежего ветерка.

Миссис Арабелла по-прежнему выглядела бледной и усталой – она еще не вполне оправилась после событий марта и апреля: тяжелого ранения супруга, болезни старой миссис Винтур и прививок от оспы. Я сообщил ей, что капитан Винтур обратился за пропуском на Спорные территории, и мне стало интересно, не мучает ли и это тоже ее истерзанную душу.

Я ждал, когда миссис Арабелла со мной заговорит, и на меня внезапно нахлынула невероятная нежность. Миссис Арабелла выглядела такой несчастной, такой уязвимой, что мне безумно захотелось ее защитить. Мне хотелось защитить и мою маленькую Лиззи тоже, хотя и несколько по-другому: все мужчины, которые не являются монстрами, ощущают естественное желание охранять малышей от бед, даже если они не связаны родственными узами, ну а отцу, само собой разумеется, свойственно горячее стремление позаботиться о собственном ребенке. Однако эмоции, которые вызывала у меня миссис Арабелла, имели более темную природу. Назвать их жалостью было бы неверным. В алхимии души жалость тесно связана с другими страстями, подпитывающими друг друга.

— Насколько я понимаю, мистер Таунли и мистер Ноак навестят нас в среду вечером, – тихо сказала миссис Арабелла, – чтобы обсудить предполагаемую экспедицию в Маунт-Джордж.

Лично я, хоть убей, решительно не понимал, какое отношение имеет Таунли, не говоря уже о Ноаке, к планам капитана Винтура.

— Сэр, я уверена, у них нет от вас секретов, – продолжила миссис Арабелла. – И думаю, мой муж не станет возражать, если я заранее переговорю с вами на эту тему. Если вы, конечно, согласны.

— Само собой, мадам.

Она покосилась на старую миссис Винтур и помотала головой, тем самым давая понять, что разговор будет с глазу на глаз. Я остановился перед ней, повернувшись спиной к комнате.

Миссис Арабелла отложила шитье:

— Боюсь, я не вправе втягивать вас в эту историю. Ведь дело чисто семейное. Если бы не срочность, я не стала бы вас беспокоить.