Книга Запах смерти, страница 206 – Эндрю Тэйлор

О да, пока я надевал плащ в холле и одновременно отдавал приказы Джосайе с привратником, мне наконец удалось понять все. Все, кроме самой важной вещи, хотя я этого еще не знал.

С реки дул свирепый ветер. Луна тускло мерцала, прячась за плывшими непрерывной чередой облаками. Стоял лютый холод, какого на моей памяти до сих пор еще не было.

Когда я покидал Уоррен-стрит, напольные часы в холле пробили половину четвертого. Прилив сменился отливом примерно полчаса назад. Я никого не мог взять с собой на подмогу, поскольку в доме осталось только трое слуг мужского пола: старик Джосайя, привратник, который был еще старше Джосайи, и мальчик-истопник. Я нацарапал записку Марриоту и велел Джосайе передать майору записку утром, как можно раньше.

Под плащом я спрятал в кармане сюртука пистолет, один из тех двух, что были со мной на Спорных территориях. Я также прихватил топор Ювенала, засунув его за ремень, которым перепоясал сюртук. Шляпу я повязал шарфом: помимо всего прочего, он скрывал и защищал рану на щеке.

Я не встретил ни одной живой души, пока не столкнулся с патрулем, охранявшим шлагбаум на Гринвич-роуд возле Воксхолл-Гарден.

— Там у меня женщина. – Я подмигнул сержанту и, слегка покачиваясь, показал свой пропуск. – Премиленькая девчонка. Но ненавидит ждать, сержант.

Он хмыкнул и вернул мне бумаги.

— А кому это по нраву, сэр? – сделав знак своим людям отодвинуть шлагбаум, сказал он.

— Купите себе выпить чего-нибудь погорячее. – Я дал ему шиллинг. – Ночь выдалась холодной.

— Если, конечно, кто-нибудь не согреет вам постель, сэр, – ответил он.

Уладив вопрос с сержантом, я пошел дальше. Я выбрал вполне благовидный предлог для объяснения того, что делаю на улице в столь ранний час, так как несколько домов впереди были если не борделями, то чем-то вроде того, а в соседних домах предлагали комнаты внаем для джентльменов, предпочитавших держать своих любовниц на безопасном расстоянии от соблазнов большого города.

Мои глаза привыкли к темноте, и я бодро зашагал по дороге, которую власти недавно расчистили от снега для удобства военных. Причал Нормана располагался в направлении Гринвича, недалеко от литейного завода. Прошлым летом я как-то раз был здесь вместе с Таунли. Сам причал был защищен небольшим молом; рядом на берегу размещался двор со складом, обнесенный высокой кирпичной стеной, верхний край которой был утыкан шипами и битым стеклом. И хотя причал Нормана находился недалеко от города, место было уединенным. Сюда, и больше никуда, вела короткая улочка, соединявшаяся с главной дорогой.

Мистер Таунли взял причал и склад в пятилетнюю аренду у торговца-лоялиста, убежавшего в Англию в самом начале военных действий. Несмотря на войну, Нью-Йорк и Джерси-Сити вели оживленную торговлю, законную и незаконную. Наши аванпосты в Нью-Джерси, Паулюс-Хук и в других местах постоянно нуждались в провианте. Майор Марриот как-то раз спьяну признался мне, что они у себя в штаб-квартире считают переправу Паулюс-Хук крайне полезной для армии, поскольку она позволяет людям переправляться через реку без утомительных бюрократических препон.

Положа руку на сердце, я до сих пор не знаю, было ли мое решение отправиться прямо на причал Нормана верным. Мои полномочия, полученные от Американского департамента, предоставляли мне статус наблюдателя, и не более того. Я не имел права направлять солдат туда или сюда. Хотя, возможно, мне следовало идти прямо в штаб-квартиру, поднять на ноги майора Марриота, если, конечно, он был на месте, и уговорить его вмешаться, использовав значительные военные силы для создания численного перевеса. Это было бы самым разумным способом действий, подобающим чиновнику правительственного департамента; именно так наверняка и поступил бы мистер Рэмптон. Впрочем, даже если бы мои усилия увенчались успехом и все прошло более-менее гладко, я смог бы добраться до причала Нормана с отрядом солдат лишь на рассвете.