Книга Запах смерти, страница 46 – Эндрю Тэйлор

— Прошлой ночью на меня было совершено нападение. Все случилось около полуночи. Я возвращался на Уоррен-стрит после ужина с мистером Таунли в «Королевском гербе».

— Вас ограбили?

— Мне на помощь пришли два солдата. Они и вспугнули негодяев.

— Вы не пострадали?

— Нет.

— Ну тогда можно сказать, что вы еще дешево отделались. Поздравляю вас, сэр. А теперь, учитывая, что…

— В этой истории меня кое-что беспокоит, сэр. В нападении на меня было нечто… нечто необычное. Такое ощущение, будто они ждали в засаде.

— Что вы имеете в виду?

— Мне показалось, сэр, будто я попал в ловушку. Нападавших было двое. Один оказался впереди меня, а другой – позади.

— Возможно, вы действительно попали в ловушку, сэр. Грабители достаточно часто работают на пару.

— Они поджидали меня. – Я сделал паузу. – Именно меня, а не какого-то случайного прохожего с кошельком в кармане. «Это он» – вот что сказал один из них.

— Ну и что с того? Скорее всего, они приметили вас еще раньше как возможную цель.

— Нет, сэр. Я так не думаю. А иначе они не стали бы нападать на меня на глазах у свидетелей.

— Я по опыту знаю, что грабитель может оказаться таким же дураком, как и любой другой человек.

— Но тогда не могли бы вы помочь мне хотя бы в одном деле? Я хочу, исключительно ради душевного спокойствия, поговорить с теми двумя солдатами, что вспугнули негодяев. Вдруг они смогут дать больше информации о нападавших. А кроме того, полагаю, они заслужили награду. Ведь они как-никак, возможно, спасли мне жизнь.

— Вы видели их лица?

— Нет, сэр. На улице было очень темно.

— Итак, насколько вам известно, солдаты могли быть Провинциалами Нью-Йорка или ополченцами…

— Сэр, я слышал, как они кричали. – Я задумался, и мне на память пришел клич: «Живее, парень, живее!» – Полагаю, у одного из них был валлийский акцент. Они, конечно, могли быть ополченцами, но скорее всего, нет.

— Отлично! – Мыльная пена на лице Марриота начала высыхать: в ней появились трещинки, под которыми виднелась розовая кожа. – Я распоряжусь провести расследование. Полагаю, мистер Таунли может кое-что узнать от своих информаторов.

Затягивать встречу больше не имело смысла. Я откланялся. Но когда я подошел к двери, Марриот меня остановил, неожиданно спросив:

— И еще одна вещь, сэр. Как дела у обитателей Уоррен-стрит?

— Очень хорошо, благодарю вас, сэр.

— А капитан Винтур? Как у него дела?

— Думаю, ему с каждым днем становится все лучше, – ответил я. – Хотя рана и выпавшие на его долю лишения, очевидно, оставили свой след.

— Семья капитана Винтура, должно быть, безмерно счастлива этому воссоединению? Как поживают его родители? Ну и… конечно, миссис Арабелла?

— Очень хорошо, благодарю вас.

— Мистер Сэвилл, прошу вас, передайте всем мои наилучшие пожелания. Я не решился лично нанести им визит из опасения, что капитан по-прежнему не в лучшей форме.

— Уверен, они всегда будут рады видеть вас у себя, сэр.

— Вы полагаете?

Майор, говоря о Винтурах, наверняка имел в виду миссис Арабеллу, и подобная собачья преданность не могла вызвать ничего, кроме жалости.

— Я ни секунды в этом не сомневаюсь.

— Тогда я ваш должник, сэр. – Глаза майора, выделявшиеся на фоне потрескавшейся белой маски, ярко блеснули. – Желаю вам хорошего дня.

Незадолго до Рождества мне выпала возможность поближе познакомиться с капитаном Винтуром. Как-то раз нам пришлось ужинать вдвоем. Дамы не спустились к ужину, а судья, страдавший от насморка, остался в своей комнате. В малой гостиной было прохладно, и мы придвинули кресла поближе к камину.