Книга Анна Павлова и священный рубин, страница 55 – Юлия Алейникова

— Пока нет. Леонид Сергеев. Уголовный розыск, – просто, даже дружелюбно представился парень. – Тут такое дело, Анатолий, надо со мной проехать к нам в отдел. Есть несколько вопросов к тебе.

— А я не могу, у меня секция, – жалко, несерьезно пробормотал Толик.

— Да нет. Она у тебя завтра, ты напутал, – поправил его с улыбкой парень. – Да ты не волнуйся. Это ненадолго. Пару вопросов проясним, и свободен. Сам понимаешь, работа такая. Ты ведь в курсе, что родственника вашего ограбили? Ну вот, наши сотрудники уже со всей вашей семьей побеседовали, а вот с тобой не успели.

Слова эти на Толика подействовали успокаивающе, а даже если и нет, куда деваться? Ведь его, если что, и с постовым под белы руки препроводить могут, а это уж совсем никуда не годится.

— Товарищ майор, Анатолий Тутышев прибыл, – входя в кабинет, доложил Леня. – Нервничает парнишка. Ехать сперва не хотел, дергается весь, и, кстати, ботиночки у него модельные, импортные, новенькие. Как дворник мой рассказывал, Захар Иванович. И волосы русые. Кепки, правда, не имеется.

— Молодец, Леонид, заводи.

Анатолий Тутышев был симпатичным парнем. Среднего роста, худощавый, но подвижный, плечистый, с приятными чертами лица, светлыми глазами и модно подстриженной копной густых русых волос. К тому же модно одетый. По нему сразу было видно: воспитанный, домашний мальчик. Такой рукавом нос вытирать не станет и с места встанет, когда женщина в помещение войдет. В общем, воспитанный.

— Добрый день, присаживайтесь, Анатолий Зиновьевич. – Майор решил не ударить в грязь лицом и продемонстрировать собственные манеры. – Вы уже знаете, зачем вас вызвали?

— Мне сказали, это из-за ограбления Бориса Владиславовича, – садясь напротив майора и пристраивая на коленях папку, с легким волнением проговорил Анатолий.

А парнишка и вправду нервничает, с удовлетворением заметил майор.

— Совершенно верно. Я хотел вот что у вас уточнить. Вы часто бывали у Баженовых?

— Ну, в общем да. Они одинокие люди, их сын погиб в войну, и мы всей семьей их навещаем. По праздникам, например. Иногда просто в выходные. Я, правда, не всегда с родителями хожу. Но они очень часто.

— Ясно. А какие у вас отношения с отчимом?

— С Павлом Кирилловичем? Нормальные. Я уже взрослый, со мной возиться не надо, так что обычные отношения, – соображая на ходу, как лучше ответить, тянул Толик. – Я его уважаю, он меня, наверное, тоже. Мы не ссоримся.

— Понятно. Ну а Баженовы вам нравятся?

— Хорошие старики. Клавдия Филимоновна очень вкусные пироги печет, особенно с селедкой.

— То есть они вам нравятся?

— Да, в общем.

— Ну а зачем же вы их решили ограбить? – тем же легким доброжелательным тоном спросил майор, впившись глазами в Анатолия.

— Ограбить? – дернулся Толик. – Я никого не грабил, да и зачем мне это? Я же не бандит, и вообще. В институте спросите или у родителей. Я никогда никого не грабил и вообще не обижал, я даже драться не люблю.

— Ваша характеристика из института у нас имеется, сугубо положительная. Так же как и из комитета комсомола, – показал лежащие перед ним на столе листки бумаги с печатями майор. – Но вот в чем дело. В день ограбления, аккурат около двенадцати часов дня, несколько свидетелей видели, как вы входили в подъезд Баженовых, – любезно пояснил майор.