Онлайн книга «Прятки с тенью»
|
Мне позволили встать. Я дождалась, пока все вышли, и сладострастно почесала спину. Долго отдыхать мне не дали: появились та же гримерша и с ней костюмерша, и меня начали готовить ко второй сцене – к той, где меня только что убили. То есть по сюжету как раз эта сцена была первой, но в кино часто так делают – сначала снимают конец, а уже потом начало. Сейчас, конечно, было лучше, хотя бы потому, что я была одета. На мне была кокетливая кружевная ночнушка и поверх нее – розовый шелковый халат. Естественно, и ночнушка, и халат были обильно политы искусственной кровью, но после сцены в морге на такую ерунду я не обращала внимания. Когда с гримом и одеждой было покончено, меня отвели в ту самую библиотеку, где я впервые увидела великого и ужасного Михал Михалыча. Здесь мне велели лечь возле глобуса. Я легла, вольно раскинувшись на ковре, и порадовалась, что тут гораздо удобнее, чем на жестком столе. Тепло, светло, и мухи не кусают… Я едва не заснула, но снова явились осветители, поставили свет, и наконец пришел сам режиссер. Он посмотрел на меня мрачным горящим взором, дернул себя за волосы, заломил руки и завопил: — Меня что, плохо слышно?! Я что, непонятно выражаю свои мысли?! Я что, больше уже не режиссер?! — В чем дело, Михал Михалыч? – испуганно пискнула Андромеда, возникшая в поле зрения. – Что-то не так? — Разумеется! – рявкнул режиссер. – Я же ясно сказал – у нее на шее должно быть ожерелье! Разорванное жемчужное ожерелье! Жемчужины должны быть свободно рассыпаны по ее груди и по ковру, тем самым символизируя ее погибшую молодость и потерянные идеалы! И это должен быть настоящий жемчуг, а не какая-нибудь дешевая подделка! Где это ожерелье? Где? — Извините, Михал Михалыч, – залепетала Андромеда. – Мы просили у экономки хозяина что-нибудь подходящее, но она сказала, что в доме ничего нет… — Меня не интересуют ваши оправдания! – ревел режиссер. – Меня не интересуют ваши отговорки! Для чего я плачу вам деньги? Для того, чтобы вы доставали все, что нужно для съемок! Даю вам полчаса, и чтобы здесь было жемчужное ожерелье! Андромеда испарилась. Я решила, что пока могу отдохнуть, пошевелилась и попыталась встать, но Михал Михалыч рявкнул на меня, как бешеный бык: — Лежать! Не шевелиться! Сохранять эту позу! Поза очень удачная, второй раз у тебя такая не получится! — Но Михал Михалыч, она же, может, надолго уехала… – жалобно проговорила я. – Сколько же можно лежать? — Молчать! – оборвал он мои жалобы. – Сколько нужно, столько и будешь лежать! Никто не хочет работать! С этими словами он развернулся и вышел из библиотеки. С его уходом разбежались все – осветители, звукооператор и остальные отправились пить кофе и болтать. А мне ничего не оставалось, как неподвижно лежать в такой удачной позе. Даже головой нельзя было вертеть, поэтому я смотрела прямо перед собой. А передо мной висела большая старинная картина, изображавшая красивую молодую женщину в пудреном паричке и роскошном бледно-голубом платье, расшитом серебряными нитями и украшенном драгоценными камнями. Где же я только что видела точно такую же даму? Ах да! На той открытке, которая выпала из переплета старой коленкоровой тетради! Ну да. Чем дольше я вглядывалась в портрет на стене, тем больше убеждалась, что это та самая женщина, изображенная на старинной открытке из тайника. |