Книга Пианистка, страница 47 – Татьяна Бочарова

— Я потом, – пообещала Карина.

Ей хотелось повидать Олега перед тем, как придут вокалисты.

Она вышла из камерного зала в холл и тут же увидела его. Он стоял на лестнице и что-то вполголоса тихо говорил дирижеру. Рядом топтался Вадим, без свитера, в рубашке с расстегнутым воротом, волосы надо лбом взмокли.

Карина подошла и остановилась на некотором расстоянии, так, чтобы не мешать разговору, но быть замеченной.

Олег бросил беглый взгляд в ее сторону, кивнул, но беседу не прекратил. До Карины долетали обрывки фраз: «Альты не строят… надо заменить штрих… деташе не подходит, лучше спикатто…»

Маленький, круглый, как колобок, дирижер кивал, сосредоточенно глядя в пол.

— Ладно, – произнес он наконец и достал из кармана часы, – тайм-аут минут на двадцать. Кофе хочу. Ты все верно говоришь, только сделать это непросто. Весьма непросто. – Он устало вздохнул и, приблизив часы к самому лицу, принялся изучать циферблат.

— Ерунда, – твердо сказал Олег, – сделать можно. Если захотеть.

— Вот именно, захотеть. – Дирижер безнадежно махнул рукой и, посмотрев сквозь Карину, медленно побрел в конец коридора.

Вадим, почти не принимавший участия в разговоре и явно скучающий, вздохнул с видимым облегчением:

— Что ты заладил про свои штрихи! – Он дернул Олега за рукав. – Полперерыва протрепали, и кроме того, тебя девушка ждет. Не видишь? – Он состроил Карине уморительную гримасу.

Олег аккуратно отодвинул приятеля в сторону и не спеша сошел со ступенек.

— Порядок? – Он внимательно поглядел ей в лицо и едва заметно улыбнулся. – Вижу, что все в норме. Пошли, перекусим, а то потом работать еще два часа.

— Как Бульдозер? – встрял Вадим. – Не обижала?

— Да нет. – Карина пожала плечами. – Нормальная женщина. И поет замечательно. Зря вы ее так называете, вовсе она этого не заслужила.

— Ну, это ты сейчас так говоришь, – не согласился Вадим, – а потом…

— Потом будет суп с котом, – перебил Олег. – Чем болтать, двигай лучше в буфет. Не ты ли на репетиции все уши прожужжал, что не успел позавтракать и умираешь с голоду?

— Я, – с готовностью подтвердил Вадим и галантно подставил ей локоть. – Мадемуазель, разрешите сопроводить вас до нашего кафетерия!

— Разрешаю, – засмеялась Карина и взяла его под руку.

Буфет был маленький и тесный, явно не приспособленный для толпившейся в нем прорвы народу. Карина, Олег и Вадим взяли себе по чашке крепкого кофе с парой бутербродов. Столиков не хватало, и все трое пристроились на широком низком подоконнике.

Карина с удовольствием потягивала из чашки ароматную горячую жидкость, стараясь максимально расслабить уставшие руки и спину. Вадим по обыкновению отпускал одну за другой двусмысленные шуточки, Олег молчал, изредка поглядывая на нее, и улыбаясь все так же сдержанно, загадочно.

Вокруг смеялись, курили, пили кофе оркестранты и хористы. Карина чувствовала, как легко и хорошо ей здесь, среди этой веселой суеты, в гуще людей, связанных одной целью, общим делом.

Именно о такой работе она мечтала, нет, не смела мечтать, сидя в четырех стенах своего класса и слушая бесконечные заунывные ученические гаммы.

Перерыв закончился. Олег и Вадим поднялись, в большой зал, а Карина вернулась в хоровую комнату.

Любовь Константиновна уже ушла, оставив резкий, терпкий запах духов. В ожидании солистов Карина снова села за фортепьяно, рассеянно взяла несколько аккордов.