Книга Во сне и наяву, страница 77 – Татьяна Бочарова

— С тобой тоже… так было? – спросила я, понизив голос до шепота.

— Ха! И не однажды.

— И как же ты? Тетенька помогла?

— Она.

Я поколебалась, глядя на ладную фигурку в одних колготках.

— Как я верну тебе деньги?

— Очень просто. Будешь выполнять любые мои поручения. Ну вроде как на посылках.

— А… это больно?

— Сначала нет, она маску специальную дает. Вдохнешь – и отключишься. Потом немного, но терпимо.

— А как я поеду к твоей тетке? – не унималась я. – Кто меня отпустит? У меня же нет бабки.

— Вот это действительно проблема. – Светка глубоко задумалась. – Знаешь что? – произнесла она через минуту. – Когда там твоя олимпиада?

— В следующий вторник.

— Вот и замечательно. Я попрошусь поехать с тобой – для поддержки. Ты зайдешь в класс, получишь задание, а потом попросишься выйти – вроде как в туалет. Или… или лучше скажешь, будто нехорошо себя почувствовала. Тебя отпустят, следить никто не станет. Наши, интернатские, к тому моменту уже побегут по магазинам, и мы с тобой спокойненько умотаем. Городок небольшой, тетя Даша живет близко к центру, успеем. Полчаса на всю работу, минут десять тебе оклематься, глядишь, через час-полтора вернемся. Может, еще и олимпиаду свою дописать успеешь! – Светка довольно захихикала. – Ну что, гений я или нет?

— Гений, – кисло проговорила я. Ее план казался мне полной абракадаброй и утопией. Я не представляла себе, что смогу убежать из-под носа взрослых, да еще успеть сделать аборт за каких-нибудь жалких полтора часа. Но выбирать не приходилось.

— Хорошо. Я согласна.

— Ну и отлично. – Светка надела юбку. – Теперь ложись и спи. А чтобы не тошнило, лимончик пососи.

— У меня нет.

— У меня зато есть. – Она распахнула тумбочку и жестом фокусника вынула с полочки половинку зеленоватого сморщенного лимона. – Знай мою доброту.

Я сунула лимон в рот, сглотнула терпкий, кислый сок и почувствовала, как отступает муторная дурнота. Светка показалась мне лучшим другом, почти сестрой. Я готова была расцеловать ее в благодарность за избавление от страданий.

— Счастливых снов! – пожелала мне Светка и упорхнула из палаты.

Я легла на бок и натянула на голову одеяло, твердо решив, что к Толику сегодня не пойду.

22

Я пришла к нему назавтра, после уроков.

— Ты где была? – требовательно произнес Толик, лишь только я переступила порог палаты. – Почему не… – он внимательней пригляделся ко мне, и его лицо помрачнело. – Что, проблемы?

Вместо ответа я тяжело вздохнула.

— Дура потому что, – резко проговорил Толик и отвернулся от меня к окну. – Думать надо было! Башкой, а не другим местом. Да что с тобой говорить, дура и есть.

Сказать по совести, когда я шла к нему, то меньше всего рассчитывала на сочувствие или жалость. Я хорошо знала Толика и могла предвидеть его реакцию.

Но почему-то сейчас, в этот момент, мне стало невыносимо горько и обидно. Неужели я не заслужила каплю теплоты и понимания, хотя бы одно ласковое слово, да что там – просто человеческий взгляд, ободряющую улыбку?

Почему Толик вечно обращается со мной так, будто я – обвиняемая, а он прокурор!

По моим щекам сами собой поползли слезы. Я впервые плакала при Толике, не таясь, открыто, демонстрировала ему, что у меня тоже могут быть чувства, гордость, самолюбие.

Он обернулся, пробормотал вполголоса какое-то ругательство, а затем сквозь зубы произнес: