Книга Дом на Баумановской, страница 93 – Юлия Лист

Сацук тяжело вздохнул и присел на корточки, стал помогать сгребать в одну кучу весь этот женский хлам, искоса посматривая на ее рисунки, но стараясь взгляд свой скрывать.

— Ах боже, пудру рассыпала! – вскочила студентка. – Где у вас раковина?

— Вона, – махнул головой управдом.

Та на миг ринулась к крану, но вскоре вернулась и принялась быстро-быстро сгребать все в сумку, села на стул, обняв ее, и виновато улыбнулась.

— Простите меня, я такая неловкая – все полы перепачкала пудрой. Давайте ототру? Есть тряпки, метла?

— Не надо, – разозлился Сацук, поднявшись и хлопнув клюквенной водки, чтобы успокоить нервы. В горло закатился огненный шар, опалил легкие, по рту разлилась ужасная горечь. И его окатило холодным потом. Он только что выпил хлоралгидрата – ровно два грамма, которые всыпал гостье. Именно столько нужно, чтобы жертва не билась в нервном припадке, а сладко уснула. Глаза его округлились так, будто его проткнули насквозь копьем. Он посмотрел на большеглазую девицу с растрепанной косой через плечо, та смотрела в ответ испуганным взглядом человека, который только что нажал на гашетку ружья.

Они молчали долгую минуту. Сацук схватился за горло, ожидая, что сейчас упадет. Он сотни раз использовал хлоралгидрат, но никогда сам его не принимал. Он сотни раз видел, как жертва, валясь почти сразу же, засыпала на глазах, но никогда не падал сам.

Схватившись за стол, он покачнулся, не понимая, это что, уже кружится голова? Так должно быть? Стены поплыли куда-то набок – сомнений быть не может, началось.

— Неужели вы думали, я не почувствую запаха? – спросила девица.

— Нихто никогда… – начал он и осекся, понимая, что сейчас себя сдаст с потрохами.

— Я – студентка факультета судебной химии и знаю, как пахнет хлоралгидрат. Хлоркой! А еще я знаю рецепт этого коктейля, который называется «малинка». Водка с хлоралгидратом. Им опаивают незадачливых девушек с целью ограбления.

— Чертова видьма ты, а не студентка, – выдохнул Сацук, осторожно опускаясь на стул.

— Вам сейчас станет хуже, – поднялась она, подтягивая сумочку к локтю.

— Когда подменила-то?

— Когда поднялась помыть руки от пудры. Я перепачкала рюмки белым, а вы и не заметили.

— Сумку уронила нарочно?

— Нарочно. Я себе жизнь спасала, – покачала она головой и протянула ладонь. – Идемте, я вас доведу до вашей комнаты, до кровати.

— Не надо, – прохрипел управдом.

— Но ведь явятся ваши соседи по квартире и застанут вас лежащим на полу. Минут через десять вы начнете терять сознание.

Он упал лицом на стол, безжизненно вытянув обе руки на столешнице, заметив, однако, как девица ловко переставила рюмки от него подальше, чтобы те не разбились. Потом она бесстыдно сунула руку в его куртку и достала связку ключей.

— Какой ключ от вашей комнаты? Не бойтесь, я не собираюсь вас обворовывать. Я просто провожу до кровати.

— Видьма, – в тоне его скользнуло отчаяние.

— Не говорите так, вы же меня обижаете. Я честная советская женщина. И это вы собирались меня опоить.

— Тот, що с лепестками. А дверь – вон, – он с трудом оторвал руку от стола, насилу сложил пальцы, чтобы указать ей, куда идти. Он не хотел, чтобы его увидел таким кто-то из жильцов, он и без того достаточно рисковал и подставлялся в последнее время. Что будет, если узнают, как он оплошал с этой девицей? Позорище!