Книга Ты умрешь влюбленной, страница 77 – Юлия Лист

Вера впервые была в горах. Как-то так вышло, что ни разу не съездила ни на Урал, ни в Крым. Небо заволокло грозовыми тучами. Все вокруг отливало свинцом, а дорога шла вверх и вверх.

Однако несколько раз они спускались в долину, объезжали городишки, но неизбежно вновь начинали подниматься по серпантину, пока населенные пункты не перестали попадаться на пути, а дорога не стала совсем узенькой.

И тут справа показалось море! Вера ни за что бы его не увидела, если бы вдруг не выглянуло солнце. Сквозь тучи прорвались два сильных луча, и водная гладь вспыхнула искрами.

Потом в очередной раз они нырнули в низину, и открылся небывало прекрасный вид на старинную средневековую фортификацию, возвышавшуюся на зеленом холме, похожем на спину гигантского динозавра.

«Рендж Ровер» съехал на грунтовую дорогу, колеса подняли порядочно пыли, стал слышен звук перекатывающейся гальки. Шофер остановился у самодельного шлагбаума с надписью «Парковка запрещена», вышел из машины и поднял его.

Они покатили по французскому бездорожью. Дорога в такой потрясающий замок была не из асфальта. Даниель сказал: если сделать ее асфальтированной, люди толпами попрут смотреть местную достопримечательность, а трудность подъема по мелкому гравию многих останавливает.

— Шато де Пон Д’Азур – замок на Лазурном мосту – был построен в четырнадцатом веке бароном дю Датье на самой высокой точке мыса Пуант дю Датье, а в девятнадцатом веке его реконструировал русский ювелир, – начал рассказывать Даниель, но вдруг прервался и попросил водителя остановиться.

— Осталось идти двести метров, а ты предусмотрительно надела кроссовки, – сказал он, улыбаясь, – обожаю, когда девушка ходит в кроссовках.

Вера покраснела, вспомнив, как подумала, что он ее за это презирает. Вот и верь после такого своей интуиции!

Они выбрались на отлогую грунтовую дорогу и отошли, чтобы тронувшийся с места внедорожник не забросал их гравием и не засыпал пылью.

Даниель взял Веру за руку и повлек с дороги прямо в гущу поросли молодой весенней травы. Он шел, высоко переступая ногами и глядя куда-то вдаль. Легкий ветерок заставлял волноваться зеленый ковер прованских трав, шел рябью по поверхности моря.

— Обойдем с другой стороны? Так ты увидишь замок во всей красе.

Солнце настырно пробивалось сквозь толстые свинцовые тучи, и крепость из серого камня на фоне грозового неба казалась полотном гениального художника.

— Красиво, да? – Даниель перехватил ее восхищенный взгляд. – Если бы Айвазовский писал не море, а замки, он бы пользовался только такими оттенками. Кажется, сегодня будут гром и молния… – он наполнил легкие воздухом, – и дождь! Ксавье был прав.

Три мощных серых корпуса завершались бойницами, на углах повисли круглые башенки с остроконечной кровлей, почти такие же, как на отеле «Эруэ», крыша сверкала сталью – ее перекрасили. А вокруг на многие метры простирались ровные ряды виноградных шпалер с едва пробившимися на лозах листочками.

— Что это за горы? – спросила Вера.

— Маврские, тонкие ответвления Маврского массива. Ради этих гор сюда едут множество туристов со всего света. Самая высокая точка – Сигналь-де-ла-Советт – позади, мы объехали ее, оставив справа.

— Здесь на целые километры больше нет никаких строений… – с тревогой заметила Вера, оглядывая зеленые волны гор, которые перетекали одна в другую.