Книга Блистательные соперники, страница 56 – Дженнифер Линн Барнс

Последовало долгое, напряженное молчание.

— Никаких цветов я тебе не подбрасывала, – наконец произнесла Иви. – Но догадываюсь, это была калла?

— Врешь! – ответила Лира, но ей и самой с трудом в это верилось.

— Признаюсь, ты разожгла мое любопытство, но эту маленькую интерлюдию пора заканчивать – увы, время не ждет. А те записки с именами твоего отца должны были напомнить тебе о том, что ты потеряла, чего тебя лишили Хоторны. И ты можешь поверить, я выполню свою часть сделки, у меня нет причин нарушать наш уговор. Два с половиной миллиона долларов, как и досье, – это мелочи для меня.

— Тогда в чем подвох? – Лира отказывалась верить, что все так просто.

— Да, есть еще кое-что, – ответила Иви, подходя к лестнице. – Если хочешь получить и деньги, и досье, тебе придется разбить сердце Грэйсону Хоторну.

Грэйсон вернулся на юго-восточную часть острова. Лира все так же стояла на крыше лодочного сарая, почти у самого края. Очень по-хоторновски. Даже издалека Грэйсон заметил ее позу – широко расставленные ноги, легкий наклон головы.

Грэйсон узнал бы ее, даже если бы видел только очертания тела. Ускорив шаг, он быстро преодолел расстояние, отделявшее его от лодочного сарая, и взобрался по лестнице на крышу.

— Что ты видела? – первым делом спросил он у своей союзницы.

Лира стояла к нему спиной, не отрывая взгляда от острова:

— Была еще одна вспышка после того, как ты ушел. Никаких лемнискат. Никакого заметного рисунка.

Грэйсон подошел к ней, к самому краю:

— Ты не собираешься спросить меня, что я нашел?

— Если бы ты что-то нашел, – ответила Лира, – я бы сразу поняла.

Это было так необычно. Да, братья знали Грэйсона. Эйвери тоже. Но для остальных он всегда был словно закрытая книга.

— И что это нам дает? – сказал Грэйсон, встав рядом с Лирой, смотревшей в ночь.

— Понятия не имею. – Голос Лиры зазвучал ниже, и его неожиданная глубина смутила Грэйсона.

— Ты так и не сказал мне, что думаешь о том, что калла в музыкальной шкатулке была эхом, – наконец произнесла Лира. – Это не совпадение, но в то же время вряд ли это было сделано намеренно.

Лира подобралась слишком близко к истине. Это эхо, но оно никак не связано с играми старика. Здесь что-то другое. Но вот что именно – Грэйсон пока не знал.

— Я не помню ничего похожего ни в одной игре, в которую играл, – сказал Грэйсон, и это была правда – единственная, которую он мог ей предложить. Хотя что-то внутри подталкивало предложить ей больше. – Даю тебе слово, – медленно произнес он, – что, если в полночь мы встретимся с создателями игр, я спрошу своих братьев и Эйвери о калле.

Лира, похоже, не собиралась оставлять это, а обещание спросить не означает, что он обязательно должен будет передать ей ответ.

— Но если ты хочешь выиграть игру, – продолжил Грэйсон, и его голос заполнил тишину ночи, – мы не можем продолжать ходить кругами.

Лира медленно повернулась и посмотрела на него.

— И мы не можем продолжать ходить кругами вокруг друг друга.

Наверное, этого можно было ожидать. Грэйсон ведь дал понять ей, что влюбляется в нее. Знал, что она может убежать, и все равно сказал, что падает. И вот…

Лира Кейн схватила его за куртку и притянула к себе.

— Что случилось, пока меня не было? – пробормотал Грэйсон.