Книга Год багровых убийств, страница 60 – Карасуми

…Юэсюэ отхлебнула горячий ячменный чай, разбавленный до пресности, и рассеянно скользнула взглядом по посетителям и официантам, пьяным прохожим за окном, сасими и суси за соседним столиком. Почему именно сегодня Се Вэньчжэ заказал именно это блюдо? Неужели Лицзяо рассказала ему? Разве ее, такую гордую, не должно было смутить признание в том, что произошло тем вечером? Для них обеих это было тайной, которую они скорее унесли бы с собой в могилу, чем открыли кому-то. Вкус того ужина стерся из памяти, но липкий, солоновато-рыбный привкус тушеной головы лосося навсегда слился в ее сознании с пятнами крови на полу.

— …Что это? – Лицзяо, достав маленькую тетрадь, стала размахивать ею перед лицом Юэсюэ.

— Ты залезла в мою комнату?! – Та попыталась выхватить дневник, но мать ловко отдернула руку.

— Кто этот тип? Он из твоего класса?!

Это был дневник Юэсюэ. Она никогда не представляла, что этот день настанет, и уж тем более в такой форме. И не успела придумать оправданий – на страницах были записи о ее отношениях с одним парнем – то шаловливых, то по-детски искренних. Тот действительно нравился ей – черные волосы, ум, спокойный нрав… Юэсюэ не могла точно сказать, что именно привлекало ее в нем, но чувствовала, что рядом с таким человеком жизнь могла бы стать ярче и интереснее. Однако сейчас Юэсюэ уже и не вспомнила бы, как он выглядел.

— Ты что, язык проглотила?!

— А что говорить? Ты же уже все прочитала.

— Я требую объяснений!

— Объяснять нечего.

— Это омерзительно! Если тебе нравится такая мерзость – убирайся к черту!

Лицзяо схватила со стола стакан и швырнула его в Юэсюэ. Но еще в полете, увидев, как он летит в дочь, уже пожалела о своей вспышке ярости. Юэсюэ успела прикрыться, стакан разбился вдребезги, а этот удар словно перерезал последнюю нить ее терпения.

— Убираться – значит, уберусь! Ты все твердишь о правилах, а сама просто любовница! Какие у тебя могут быть правила?!

Эти слова стали последней каплей. Взбешенная Лицзяо в мгновение ока бросилась вперед, не обращая внимания на осколки под ногами, и вцепилась руками в шею Юэсюэ с такой яростью, будто та не была ее родной дочерью. В тот момент Юэсюэ впервые в жизни оказалась на волосок от смерти. Она не ожидала, что ее слова, обычно вялые и ленивые даже для ругани, пробудят в матери настоящий убийственный гнев.

— Если б не ты, если б не твое появление, я не совершила бы такую глупость!

Юэсюэ изо всех сил вцепилась в руки Лицзяо. Она пыталась вырваться, но не ожидала, что у матери окажется такая звериная сила. Перед тем как погрузиться в темноту, ее затуманившийся взгляд уловил полуразрушенную голову лосося на столе. Крючковатый рот рыбы медленно, очень медленно открывался и закрывался, словно что-то шептал. В последние секунды перед потерей сознания Юэсюэ услышала, как рыбья голова произнесла: «А сейчас хоть кто-то тебя любит?» Тогда она с еще большей яростью впилась в руки матери. Пальцы ощущали реальность этого прикосновения. Она собрала все силы, но для чего? Чтобы вырваться? Или чтобы утащить Лицзяо за собой в преисподнюю? Если б в те школьные годы она начала тонуть, то хваталась бы не за соломинку, а именно за мать.

В процессе взросления у каждого случаются конфликты с родителями – разной степени тяжести. Лишь в редких случаях этот конфликт обостряется до смертельно опасного уровня. Согласно исследованиям Юэсюэ, слишком молодые родители из-за чрезмерной строгости часто – случайно – убивают своих детей. У тех же, кто родил поздно, выше шанс быть забитыми до смерти избалованными подростками до шестнадцати лет.