Книга Лондонский матч, страница 136 – Лен Дейтон

— А что, Брет делает это? – Вопрос прозвучал громче, чем я рассчитывал. Мне не хотелось выдавать свои опасения и подозрения насчет Брета.

Как только я это произнес, вошла Дафни, жена Дики. Она улыбнулась.

— И что же такое делает Брет? – спросила она.

— Красит волосы, – быстро нашелся Дики. – Бернард сомневается, действительно ли Брет красит волосы. Мы говорили о том, что он совсем не седеет. Как ты думаешь, дорогая? Вы, дамы, хорошо разбираетесь в таких вещах.

— Он был здесь прошлым вечером. Ужинал с нами, – сказала мне Дафни. – Очень симпатичный мужчина… – Она посмотрела на лицо Дики. И на мое тоже. – Для своего возраста, я имею в виду. Но я не думаю, чтобы он красил волосы. Разве что он делает это у очень хорошего парикмахера. Но это совсем не очевидно.

Дафни остановилась у камина так, чтобы мы могли рассмотреть ее новый туалет. Она была в длинном арабском халате из блестящей хлопковой ткани, который соседи привезли ей из Каира, где они проводили отпуск. Ее волосы были красиво уложены. Она изучала искусство и одно время работала в рекламном агентстве. Ей нравилось выглядеть артистично.

— У него нет проблем по части дорогого парикмахера, – сказал Дики. – Ему повезло получить наследство в двадцать один год. И он хорошо знает, как его надо тратить.

Все годы, проведенные в колледже, Дики был стеснен в средствах, и теперь он был в обиде на каждого, кто был молод и богат, независимо от того, кто это был, расточительные или разведенные люди или даже поп-звезды. Он взглянул на часы.

— Что, уже время? Мы посмотрим это видео и поедим. У тебя все готово, дорогая?

И, не дожидаясь ее ответа, он сказал:

— Мы поедим здесь. Лучше, чем идти на кухню.

Дики очень хотел просмотреть доклад, который я подготовил для ГД. Но его распоряжение предварительно показать этот доклад ему было подано как приглашение на ужин с музыкальным дополнением и в придачу, как сюрприз, взятым напрокат фильмом с Фредом Астором.

— У меня только суп и поджаренные сандвичи, – сказала Дафни.

Дики воскликнул:

— Я сам купил ей этот тостер для сандвичей. Боже, я проклинаю тот день и час! Теперь мне всё дают только положенным между ломтиками поджаренного хлеба: салями, сыр, ветчину, авокадо и бекон… Что за гадость ты приготовила вчера, дорогая, – тушеную баранину с подогретым хлебом? Ужас!

— Это был всего лишь эксперимент, дорогой, – ответила Дафни.

— Да, но мне пришлось вынимать из тостера все сгоревшие кусочки. Так можно спалить всю кухню. Я даже обжег палец.

Он показал мне палец. Я сочувственно кивнул.

— Сегодня ветчина и сыр, – сказала Дафни. – Но сначала луковый суп.

— Надеюсь, ты на этот раз нарезала лук помельче, – сказал Дики.

— Он не любит, когда суп течет у него по подбородку, – сказала Дафни, как будто это было для нее непривычным.

— Я испортил один из моих лучших галстуков, – сказал Дики. – И в темноте не заметил.

— Брет Ранселер никогда не проливает суп, – заметила Дафни. – И носит отличные галстуки.

— Почему ты не несешь ужин, дорогая?

— Подносы уже готовы.

— Я принесу видео, – сказал Дики.

Он встал, поддернул брюки и, проходя мимо стола, вытащил мой рапорт из-под пресс-папье. Потом вышел из комнаты.

— Видео в машине, – сказала Дафни. – Он не любит говорить, что пошел в туалет. Он очень строг по части таких вещей.