Книга Лондонский матч, страница 209 – Лен Дейтон

— Хэлло, Фрэнк, хэлло, Брет, – сказала она.

Фиона улыбнулась им и пожала руки. Она была во главе группы и всячески стремилась это показать. Не удивительно: первое ее официальное посещение Запада. Уже потом я понял, что, несмотря на наши гарантии, она опасалась, что мы ее арестуем. Но она вела себя с такой же уверенностью, как и всегда. Изменила прическу, отпустила волосы и собрала их сзади в большой пучок. Это было похоже на те прически, которые делают в Голливуде для официальных коммунистических представительниц. Потом эти представительницы в таких фильмах снимают очки, распускают волосы и в последней части становятся капиталистками. «Ниночка» – так их называют. Но я не видел никаких других признаков того, что в Фионе появилось что-то коммунистическое. Напротив, если судить по внешнему виду, с ней было все в порядке.

После того как все обменялись рукопожатиями, официант – кстати сказать, один из наших людей, вооруженный, но одетый как официант – подал напитки. Фрэнк поспорил со мной на пять фунтов стерлингов, что они не станут пить шампанское. Он распорядился положить в холодильник русскую водку. Но Фиона сказала, что шампанское это прекрасно, и после этого они все попросили шампанского. Я взял еще одно виски.

В комнату вошли не девять человек. Двое вооруженных людей КГБ остались в прихожей, один помогал водителям охранять машины, и еще один наблюдал за лифтом. А сюда явились три человека, которые могли вести переговоры, и два клерка. Единственный, кого я из них знал, был Павел Москвин, с ним-то я уже встречался. Он снял короткое пальто и бросил на софу. Потом посмотрел на меня. Я улыбнулся, и он отвел глаза.

В их группе был и мужчина помоложе, блондин лет двадцати пяти, одетый в такой костюм, какие всегда носят люди КГБ, выезжая из Москвы. Его английский и немецкий были превосходны, будто он только что прошел курс на обучающих машинах, он говорил без акцента и даже мог немного шутить. Но он был полностью в руках Фионы и не отрывал от нее глаз, стараясь угадать ее желания. Третий участник переговоров, седой человек, ничего не делал, а только хмурился.

— Я думаю, вы согласитесь со мной, что время – главный фактор, – сказал Брет.

Он взял инициативу в свои руки, и Фрэнк с этим сразу же согласился. Брет мог потерять больше, чем он. Если встреча закончится провалом, пусть Брет винит в этом только себя самого. И, несомненно, Фрэнк подталкивал его навстречу волкам, чтобы спасти себя.

— Да, – согласилась Фиона. – Можем ли мы делать записи?

Брет сказал:

— Мы предлагаем свести встречу к дискуссии один на один. Главный вопрос о вашем человеке – Штиннесе. Мы можем обсудить процедуру в надежде, что придем к решению. Вы руководитель группы?

— Да, – ответила Фиона.

Она отпила шампанского. Конечно, она знала, что произойдет дальше, но держалась очень серьезно.

— А с нашей стороны будет вести переговоры мистер Сэмсон, – сказал Брет.

Последовало длительное молчание. Павлу Москвину все это не понравилось. Он не притронулся к шампанскому, которое выдыхалось перед ним на столе. Он выказал свое недовольство тем, что сложил руки на груди и бросил сердитый взгляд.

— Как вы думаете, полковник Москвин? – спросила Фиона.

А… полковник Москвин… майор Штиннес, думал я.

— Будет лучше, если мы поведем переговоры все вместе, – сказал Москвин. – Без трюков.