Книга Актер, страница 51 – Крис Макдональд

— Я ее плохо знал.

— Достаточно, чтобы обрюхатить и кинуть.

— Это в школе вашей такому учат? Ворошить всякое дерьмо?

— Я играю Гамлета, пап.

— Мне что теперь, обосраться от радости?

— Мы никогда про нее не говорили. Никогда.

Он тяжело, сквозь зубы, выдохнул.

— Она была моей мамой.

— Хочешь знать, какой она была, Адам? В зеркало глянь, алкаш.

Он повесил трубку.

Моя рука, сжимающая трубку, дрожала. Секунду я смотрел на нее, а потом изо всех сил треснул трубкой о рычаг – снова и снова, пока она не разлетелась на куски. Задыхаясь, я уставился на пучок проводов и диодов и пожалел, что Джонатан не видит меня в этот момент первобытной ярости.

Остаток вечера я помню урывками, как фрагменты сна. Помню, как подарил свое пальто бездомному. Как спускался к берегу Темзы под мокрым снегом. Как в баре у реки получил по лицу от широкоплечего парня в костюме за то, что поставил локоть на голову его подружке. Как забрался на баржу, пришвартованную у Тауэрского моста, а потом убегал от сторожевого пса. Как корчил рожи, изображая комедийные и трагические маски в исцарапанном окне ночного автобуса: обвисшие сосульки русых волос, потеки грима на щеках, ярко-алые десны, серые зубы. Последнее, что я помню, – как еду в черном такси и меня всего колотит, за закрытыми веками вспыхивают огни, а голова моя лежит на плече Джонатана Дорса.

В ночь после фотосессии, когда я спал в номере отеля, голос из хижины вернулся снова: «Как ты мог?» Мне снилось, что я без конца пилю веревку, а она только лохматится, но не рвется. Тело на этот раз было покрыто ожогами. Проснулся я от резкого скрипа дерева и, должно быть, вскрикнул.

— Все хорошо, Адам!

У изножья кровати стояла Эмбер со стопкой смокингов для церемонии BAFTA. Несс отправила ее ко мне помогать с мастер-классом, но, когда я переоделся и вышел к ней – на столике, разумеется, уже ждала фруктовая тарелка, – Эмбер призналась, что понятия не имеет, что может рассказать мне про особенности общения со студентами театрального.

— Я все думаю про ожоги той девочки, – сказала она, словно подглядела мой сон. – Пытаюсь понять, как Райя могла так поступить.

— Как думаешь, с ней все нормально? С Райей? – спросил я, вгрызаясь в ломтик дыни, на вкус напоминающей нафталиновый шарик.

Эмбер огляделась, словно номер был начинен прослушкой, и подсела ближе.

— В училище дали ее адрес. Это дом ее дяди.

— Где?

— На юге Лондона.

— Надо туда съездить, – сказал я и обхватил себя руками.

Эмбер сделала вид, что шокирована, но спустя пару минут обсуждений, почему ехать туда ни в коем случае нельзя, мы уже пробирались к выходу из отеля, выглядывая из-за углов, чтобы не напороться на Несс, а на улице сразу нырнули в «убер».

— Тебе утром снился кошмар? – спросила Эмбер, когда машина выехала из центра и закружила по улицам, заваленным горами стройматериалов и заставленным батальонами подъемных кранов.

— Не помню.

— Я слышала. После «Человека из леса» я караулила у тебя под дверью каждую ночь и слышала, как ты произносишь ее имя.

— Чье имя? – спросил я, холодея от мысли, что еще я мог рассказать.

— Луанны. А сценарий правда воспринимается как реальность, когда входишь в роль? Ты забываешь, кто ты на самом деле?

— Ну… я к этому стремлюсь.

— А потом?

— Что – потом?