Книга Странные картинки, страница 57 – Укэцу

Непонятно, то ли убийца, как и рассчитывал Миура, решил, что ничем не рискует, оставляя этот набросок на месте преступления, то ли просто его не заметил. Так или иначе чек попал в руки полиции. Впрочем, никто там так и не смог разгадать истинный смысл рисунка.

* * *

Но кто же, собственно, преступник? В конце сентября светает примерно в 05:30, а тело Миуры обнаружили в девять утра, следовательно, убийство произошло где-то в этот промежуток времени. Если учитывать время на дорогу от города до горы К, выходит, что жена Миуры, у которой было алиби на шесть утра, и Тоёкава с алиби на семь утра никак не могли совершить преступление. Тогда остается… только один человек.

Юки Камэйдо

По коже Иваты пробежал мороз. У него перед глазами возникло заплаканное лицо молодой девушки, с которой он недавно разговаривал в школьном кабинете ИЗО.

«Учитель Миура был мне очень дорог». Выходит, она врала ему? А честно о своем отношении к Миуре рассказала в интервью Кумаи?.. Неужели она так ненавидела Миуру, что решила его убить?.. Нет, не обязательно. Может быть, на преступление ее толкнула как раз любовь. Учитель и ученица… Безответное чувство… Ей было нечего терять… Это больше напоминало сюжет дешевой мелодрамы, но Ивата слышал, что порой преступниками могут двигать самые абсурдные мотивы…

Однако он до сих пор не мог понять одну вещь: как у такой миниатюрной девушки, как Камэйдо, могло хватить сил, чтобы связать взрослого мужчину, насильно затолкать ему в рот еду, а потом жестоко убить, нанеся более двухсот ударов? Тем более что три года назад она была еще школьницей.

Как бы то ни было, здесь, на горе К, Ивате делать больше нечего. Он должен как можно скорее спуститься вниз и рассказать все полиции! Но солнце уже скрылось за горизонтом, и горы погрузились во мрак. Возвращаться в темноте Ивата не решился.

Дул суровый пронизывающий ветер. После захода солнца в горах всегда холодает. К утру температура, должно быть, упадет еще сильнее… Ивата забрался в палатку, извлек из рюкзака спальный мешок и залез внутрь. Тьма сгущалась, ветер ревел. Со всех сторон гудели, издавая ни на что не похожие звуки, насекомые. Ивата и не подозревал, что ночью горы становятся такими зловещими. Он плотно закрыл глаза, стараясь поскорее уснуть.

* * *

Сколько времени прошло? Ивата, видимо, сам не заметил, как провалился в сон. Когда он открыл глаза, было темно. Снаружи по-прежнему свистел ветер и гудели насекомые. Он потянулся было к часам, лежавшим около головы, чтобы посмотреть время, но почувствовал неладное. Он не мог пошевелить руками: они были вытянуты вдоль тела по швам. Точно так же оказались вплотную прижаты друг к другу и ноги – причем раздвинуть их Ивате почему-то никак не удавалось.

«Это что, сонный паралич?..» В детстве у него часто случались подобные приступы. Только сейчас кое-что было иначе: он мог свободно шевелить кистями рук. И не только. Шею, рот и глаза Ивата тоже мог контролировать, как обычно. Обездвиженными оказались только руки и ноги. Значит, это не паралич. Тогда в чем же дело?!

После пробуждения к нему постепенно начало возвращаться ощущение собственного тела. Он почувствовал странное давление в руках и ногах. Как будто их что-то сжимало… И тут Ивата понял.

Его обмотали какой-то бечевкой поверх спального мешка. Иначе это никак не объяснить. Ивата опешил – на восьмой станции, кроме него, не было ни души! Вскоре его глаза привыкли к темноте, и он смог различать предметы внутри палатки. Ивата завертел головой, оглядываясь по сторонам. А когда посмотрел себе в ноги… у него похолодело в груди.