Книга Странные картинки, страница 58 – Укэцу

Там кто-то был. Кто-то сидел у него в ногах. Лицо Ивата не разглядел, но обратил внимание на невысокий рост и длинные волосы. Это была женщина. Кровь застыла у него в жилах… Он вспомнил. Вспомнил, как рассказал Юки Камэйдо, что собирается подняться на гору К в годовщину смерти учителя Миуры.

Женщина резко вскинула руки. Что-то мелькнуло в ее ладонях. Что-то шершавое, размером с кулак. Это был один из тех камней, которые попадались Ивате под ноги на грунтовой тропе после шестой станции. В следующее мгновение женщина с силой обрушила его прямо на ногу Ивате.

Тыдыщ.

Раздался глухой звук удара, голень пронзила адская боль. Из горла Иваты вырвался крик. Женщина снова подняла руки и безжалостно нанесла второй удар.

Тыдыщ.

В ноге что-то хрустнуло: это треснула кость. Ивате казалось, что он вот-вот задохнется от боли. Он извивался всем телом, что было сил, стараясь ослабить бечевку. Тогда женщина рывком оседлала его, придавив сверху своим весом. Она с ожесточением наносила новые и новые удары по его ногам.

Дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ-дыщ.

Нестерпимая боль не прекращалась. Дышать больше не было сил. Ивата судорожно глотал воздух, но тот едва доходил до легких. От нехватки кислорода в глазах потемнело. Не выдержав мучительной боли, Ивата потерял сознание.

* * *

Очнувшись, он увидел над головой звездное небо. Щеки обдавало холодным ветром. Ивата понял, что лежит на площади. Похоже, пока он находился в обмороке, его выволокли из палатки. Нужно бежать… Вот только он не мог шевелиться. Ноги совсем перестали его слушаться. Боли в них он больше не чувствовал. Он вообще их не чувствовал, словно это были не его ноги, а два металлических прута, приделанные к его телу.

На ноги надежды не было, поэтому Ивата попробовал пошевелить верхней частью туловища, но ничего не вышло. В районе живота он чувствовал давление упругой плоти – верхом на нем по-прежнему восседала женщина.

Охваченный ужасом и отчаянием, Ивата начал смутно осознавать… Как миниатюрной девушке удалось убить Миуру. Все дело в том, что он находился внутри спального мешка,а значит – практически обездвижен. Чтобы справиться с ним, ей достаточно было связать его по рукам и ногам поверх мешка, большой физической силы для этого не требуется.

Тут же нашелся ответ и на еще один вопрос. Миура нарисовал свой рисунок, находясь внутри мешка. Несмотря на стягивавшие тело веревки, кистями рук он мог двигать более-менее свободно.

Когда Миура это понял, он бросился лихорадочно водить ручкой по листочку бумаги. При этом его руки скрывал спальный мешок, поэтому убийца ничего не заметил, и Миура смог оставить на месте преступления свое послание.

Вдруг над самым ухом Иваты раздался голос:

— Как тебя, Ивата?.. Прости, что так вышло.

Услышав его, юноша оторопел.

«Голос Камэйдо… звучал иначе».

— Ты ничего плохого не сделал. Просто так получилось…

Да, точно. У Камэйдо голос более высокий и звучит моложе. Тогда что за женщина сидела сейчас на Ивате?..

— Ты пытался выяснить, кто убил моего мужа…

«Мужа…» Неужели?.. Нет, не сходится. У жены Миуры было алиби на шесть утра. Она физически не могла совершить убийство на рассвете и успеть вернуться в город к этому времени. У нее не было алиби только на ночные часы, примерно на то же время, что и сейчас, когда горную гряду не видно в темноте. А значит, нарисовать ее Миура никак не мог… Тут Ивата резко задумался.