Книга Невеста была в черном. Черный занавес, страница 160 – Корнелл Вулрич

У него сердце сжалось в тот момент, когда ее глаза погрузились во тьму, поскольку полоса лунного света скользнула ниже по лицу. Все равно что утопление шиворот-навыворот. Девушка начала извиваться, пытаясь опустить голову и на полминуты – на десять секунд – продлить визуальную связь между ними. В конце концов ее силы иссякли, а глаза утонули в угольной тьме, и лунный свет медленно осветил кляп во рту.

Где-то наверху тихо открылась дверь, и Таунсенда пробрал озноб.

— Тише, тише, – прошептал он Рут, пытаясь ее воодушевить.

На лестнице раздались тяжелые мужские шаги. Кто-то достиг последней ступеньки и подошел к закрытой двери с той стороны. Щелкнул замок, дверь открылась, и комнату залил невыносимо яркий, ослепительный свет. Когда глаза Таунсенда к нему привыкли, он впервые как следует разглядел замершего на пороге Билла Дидриха.

Билл был приземистым и коренастым, с одутловатым лицом – такое бывает у блондинов, чересчур рьяно предающихся разгульному образу жизни, – цветом напоминающим непропеченное тесто. Волосы у него были соломенного оттенка, с неприятными мелкими завитками. Он мог бы сойти за хорошего парня, если бы все сложилось совершенно по-другому. На нем был банный халат темно-фиолетового цвета поверх голубой пижамы из искусственного шелка. Таунсенд знал, что он не спал и не мылся. Наряд, вероятно, был частью спектакля. Билл разделся перед убийством по причинам, известным только ему одному.

Он принес с собой пистолет, который держал небрежно, направив дуло в пол.

Он ухмыльнулся Таунсенду.

Затем повернул голову.

— Альма, – позвал нетерпеливо. – Ты готова? Поторопись. Я хочу покончить с этим.

Билл пересек комнату и осторожно поправил шторы, избавляясь от щели внизу. Затем вернулся к дверному проему.

На лестнице снова послышались шаги. На пороге появился женский силуэт. Вездесущий аромат гардении снова донесся до Таунсенда. Альма чуть побледнела от нервного напряжения, но других признаков нерешительности в ее облике не было. Таунсенд не стал к ней присматриваться и сосредоточился на мужчине.

Билл Дидрих нетерпеливо провел рукой по прическе Альмы, взлохматив ее.

— Посмотри на свои волосы, ты как будто только что вышла из салона красоты! Добавь немного реализма, пожалуйста! В чем фишка со шляпой и пальто?

— Дурак, мне же придется выйти, чтобы вызвать полицию! Телефонные провода перерезаны, что еще остается делать?

— Да, но ты не можешь выглядеть как кукла, которую только что вытащили из коробки. Мы были в своих постелях, когда этот тип пытался нас убить. Когда выбегаешь из дома, спасая свою шкуру, чтобы позвать на помощь после того, как только что увидела то, что должна была увидеть, не станешь задерживаться ради шляпы и пальто! – Он с трудом сдерживал ярость.

— По-твоему, я должна поехать в поселок нагишом?

— Накинь халат поверх ночной рубашки, как я. И захвати нож, когда вернешься. Я хочу, чтобы ты кое-что сделала, прежде чем уйдешь.

Они оба вели себя так, словно ничего особенного не происходило. Словно обсуждали, как одеться в театр. Ну, в каком-то смысле так и было.

Так вот что эти двое задумали. Убийство, замаскированное под самооборону. Что ж, закон был на их стороне. Он – убийца в розыске. Никто не станет задавать много вопросов. А Рут погибнет вместе с ним, потому что иначе ей не заткнуть рот.