Книга Невеста была в черном. Черный занавес, страница 96 – Корнелл Вулрич

Если вернуться в контору и дождаться более позднего автобуса, незнакомец по-прежнему может ошиваться поблизости и, когда он выйдет из здания опять, узнать, где Таунсенд появляется каждый день приблизительно в одно и то же время. Пока что эта информация была для него тайной.

Просто прогуляться вокруг квартала в надежде сбить его со следа, а потом вернуться к первоначальной отправной точке? Увы, два человека могут обойти квартал с равным успехом, и второму достаточно держаться на подобающем расстоянии.

Для преследуемого или попавшего в беду существа, будь оно двуногим или четвероногим, нет лучшего укрытия, чем нора в земле, и инстинктивно оно ищет ее. На соседней улице было метро. Таунсенд им никогда не пользовался – на том конце маршрута станцию и его дом разделяли даже не квартал, как было в случае с автобусной остановкой, а куда большее расстояние, которое пришлось бы преодолевать пешком. Не лучший вариант, когда возвращаешься после трудового дня.

Но нужно было действовать, не смиряясь с угрозой, которую таила в себе эта странная слежка. Таунсенд, мучимый острым беспокойством, решил попробовать добраться до метро, если это окажется возможным.

Он чуть приподнял нос, стараясь не демонстрировать лицо целиком. Незнакомец по-прежнему торчал у витрины как приклеенный. Он совершенно не следил за временем. Контора Таунсенда располагалась по соседству с этим магазином, и он знал, что там продавали медицинские пояса и бандажи. Если незнакомец с агатовыми глазами в чем-то и нуждался, то точно не в корректорах осанки, которые продолжал так внимательно разглядывать. Его спина была прямой как палка, а талия – тонкой и гибкой.

Таунсенд приготовился к маневру, исподтишка развернув газету. Дождавшись зеленого сигнала светофора, он бросился через пешеходный переход. Не побежал, но сразу же перешел на быстрый шаг.

Он не оглядывался, пока пересекал открытую проезжую часть. Он чувствовал мучительное нетерпение, какое инстинктивно пробуждается в каждой жертве погони, но старался держать себя в руках. Когда достиг бордюра на противоположной стороне, здание на углу разрезало прямую линию видимости, словно нож, и они с незнакомцем с агатовыми глазами немедленно потеряли друг друга из вида.

Таунсенд тотчас же побежал, двигаясь проворно, но без суеты, которая могла бы вызвать подозрения у прохожих.

Поперечная улица была короткой; маловато для приличной форы. Но впереди маячила цель – ровная, продолговатая щель в тротуаре, похожая на западню. Он добрался до нее. Каблуки застучали по металлическим ступенькам, как игральные кости в жестяной банке. Это был шанс; у Фрэнка не было иного выбора, кроме как рискнуть.

На полпути вниз он остановился и посмотрел обратно – увидел в основном ботинки прохожих, но также кое-что, заставившее вихрем преодолеть оставшиеся ступеньки.

Мужчина с агатовыми глазами со всех ног несся за ним по улице. Он был настроен серьезно; он намеревался повиснуть у Таунсенда на хвосте любой ценой.

Добравшись до платформы, Таунсенд оказался перед выбором: спуститься под землю к такой же лестнице на противоположной стороне и снова выбраться на улицу – в этом случае погоня просто продолжилась бы на другом тротуаре – или укрыться где-то на станции. Он знал, что окажется одиноким и беспомощным, если поезд задержится хотя бы на минуту.