Книга Белая Бабочка, страница 33 – Уолтер Мосли

— Расскажи, как тебя избили парень.

— С какой стати? Ты что, полицейский?

— Если не расскажешь, сюда придут полицейские.

— Почему я должен верить тебе?

— Послушай, мне некогда с тобой возиться. Если хочешь, я пришлю полицейских. Мне надо знать, за что тебя избили. Полиции – тоже.

Элла и Грегори переглянулись.

— Что случилось? – спросил он.

— Грязное дело, Грег. По-настоящему грязное. Советую держаться от него подальше. Уж поверь мне. Больше я ничего не скажу, так лучше для тебя. Но учти: спрашиваю в последний раз. Не ответишь – уйду, и никто не узнает твоего имени.

Грегори через силу усмехнулся:

— Да ничего не было. И рассказывать-то нечего. Я столкнулся с ним в баре, мне не понравились его слова.

— А как насчет Джульетты Лерой? Я слышал, вы подрались из-за нее.

Элла вышла.

— Зачем ты это сказал?! – завопил Грегори. – Все было не так!

— Расскажи о Джульетте Лерой. – Я достал из кармана двадцатидолларовую бумажку и положил на гипсовую повязку.

Грегори едва удержался, чтобы не схватить банкноту двумя свободными пальцами забинтованной руки.

— Что ты хочешь знать?

— Что с тобой случилось в ту ночь, когда тебя избили?

Он уставился на небольшое окошко под низким потолком и напоминал сейчас птенца, вывалившегося из гнезда.

— Мы с ней знакомы. Вот и все. Пошли вместе выпить в бар «Аретта», как часто делали. Ну а потом, вполне возможно… ты сам знаешь, о чем я. Потом появился этот тип с бородой и потребовал, чтобы она пошла с ним. Я встал, он толкнул меня так, что я отлетел в другой конец бара. И тот тип ушел из бара с Джули. Я разозлился и побежал за ними. Тут он схватил меня и потащил в переулок. – В глазах Грегори показались слезы. – Сначала он сломал мне руку, а потом – ноги. Может, я не смогу даже ходить как следует. Так доктор говорит. А у нас бесплатная квартира, потому что я присматриваю за домами. Они же нас выкинут, если мне не удастся вернуться к своим обязанностям.

— Расскажи о бородаче и Джульетте.

Я не мог ни чем ему помочь, так зачем выслушивать его жалобы?

— Она спасла меня. Закричала и оттащила его. Он позволил ей оттащить себя, хотя был настоящий гигант. Потом ударил меня еще пару раз по голове урной для мусора. Последнее, что я видел, – как они ушли вместе.

— Она как-нибудь называла его?

— Да, но я не помню. – Грегори покачал головой и тут же сморщился от боли.

— Он увел ее насильно?

— Нет. Она сказала, что пойдет с ним, если он оставит меня в покое.

— Ты помнишь что-нибудь еще?

— Он говорил с каким-то странным акцентом.

— С каким?

— Вроде бы так, как английские негры.

Этого мне было достаточно. Я поднялся, но Грегори спросил:

— Так в чем же все-таки дело?

— Ты что, не знаешь?

— Чего? Чего я должен знать?

— Джульетту убили. Убили после того, как она ушла с тем типом, который изувечил тебя.

— Нет! Не может быть. Джульетта жива. – Грег даже засмеялся, показывая, насколько нелепыми кажутся ему мои слова.

— Ты что, ни с кем не говорил? – удивился я.

— Только с Эллой. – Он приподнял сломанную руку.

Я вышел из спальни, которая была чуть больше гроба, предоставив Грегори размышлять о том, что лишь случайность спасла его от смерти.

Элла плакала, сидя на софе, напоминающей спичечный коробок. Я ничего не сказал ей. От нищеты нет лекарств. Какой же толк говорить?