Книга Заживо погребенный. Отель «Гранд Вавилон», страница 114 – Арнольд Беннет

Прощаясь, принц поцеловал ей руку, и потом, когда Нелла осталась одна, она снова и снова прижималась губами к тому месту, которого коснулись его губы. Теперь, обдумывая дело в тишине и спокойствии, она уже не чувствовала прежней уверенности: все казалось странным и фантасмагорическим. Неужели в наши дни возможны заговоры? Разве в Европе случаются таинственные происшествия? Да еще в лондонских отелях?

В тот вечер Нелла ужинала с отцом.

— Я слышал, принц Ариберт уехал, – произнес Теодор Рэксол.

— Да, – только и сказала она. А об их с принцем разговоре не обмолвилась ни словом.

На следующий день, как раз перед обедом, в «Гранд Вавилон» прибыла дама в сопровождении горничной и с солидным количеством багажа. Маленькая пухлая старушка с седыми волосами и в шляпке, сшитой по моде прошлых лет, взирала на все вокруг с доброй наивной улыбкой.

Впрочем, чувствовалось, что она принадлежит к аристократии, хоть и не английской. В ее интонациях, когда дама обращалась на ломаном английском к своей служанке – та определенно была англичанкой – отчетливо слышалось высокомерие человека, знающего себе цену, что характерно для дворянства европейского континента. Имя на визитной карточке дамы гласило: «Баронесса Церлинская». Она желала комнаты на третьем этаже. Нелла в тот момент как раз была в конторе.

— На третьем этаже, мадам? – тоном заправского клерка спросила она.

— Я так и сказала: на тгетьем, – повторила маленькая пухлая старушка.

— Мы можем разместить вас на втором.

— Я желаю быть наверху, подальше от пыль и поближе к свет, – объяснила баронесса.

— Но у нас нет апартаментов на третьем этаже, мадам.

— Неважно, пустяки! Наверное, найдутся две смежные комнаты?

Мисс Рэксол стала неумело просматривать регистрационный журнал.

— Номера сто двадцать второй и сто двадцать третий соединяются между собой.

— А разве не сто двадцать первый и сто двадцать второй? – тут же возразила маленькая пухлая старушка и озадаченно прикусила губу.

— Прошу прощения. Мне следовало сказать сто двадцать первый и сто двадцать второй.

Когда баронесса поправила Неллу насчет номеров, девушка не придала этому особого значения. А вот когда старушка спустилась в лифте, Нелла задумалась не на шутку. Возможно, баронесса Церлинская уже останавливалась здесь раньше. В отеле для удобства уже тридцать лет вели список постояльцев. Нелла изучила записи, однако имя Церлинской не встретила. Тогда девушка припомнила, что лицо баронессы, когда та вошла в контору и представилась, на миг показалось смутно знакомым. Нет, мисс Рэксол не встречала баронессу раньше, но где-то когда-то уже видела это лицо. Нелле пришло в голову заглянуть в «Готский альманах», в котором записаны все родословные благородных семейств европейского континента. Увы, и там никаких баронов Церлинских не упоминалось. Нелла осведомилась, где будет обедать баронесса, и, выяснив, что стол для старушки приготовлен в столовом зале, решила трапезничать там же. Усевшись в уголке, наполовину скрытая колонной, мисс Рэксол видела весь зал и каждую группу гостей, которая входила и выходила из него.

Наконец появилась баронесса, вся в черном и с тонкой кружевной шалью, несмотря на июньскую жару; чинная, старомодная и с милой улыбкой на устах. Нелла впилась в нее взглядом. Ела дама с аппетитом, без спешки, но и не отвлекаясь, поглощала одно за другим блюда затейливого обеденного меню. Нелла заметила, что у баронессы прекрасные белые зубы. А потом произошло нечто удивительное. Баронессе на десерт подали пирожное со взбитыми сливками. И Нелла, к своему изумлению, увидела, как старушка сняла ложкой верх десерта и осторожно вытащила изнутри предмет, похожий на свернутый в трубочку клочок бумаги. Если не присматриваться специально, заметить этот ловкий фокус было просто невозможно.