Книга Заживо погребенный. Отель «Гранд Вавилон», страница 182 – Арнольд Беннет

Дверь открылась, и в комнату вошел, по всей видимости, доктор. Несколько кратких вопросов, и он уже понял суть дела.

— Будьте добры, принц, позвоните в звонок. Мне понадобится горячая вода, сильный мужчина и сиделка.

— Кому нужна сиделка? – послышался женский голос.

В комнату тихо вошла Нелла.

— Я сиделка, и я к вашим услугам, – добавила она, обращаясь к доктору.

Два часа шла битва между жизнью и смертью. Первый доктор, пришедший вслед за ним именитый профессор, Нелла, принц Ариберт, старый Ганс, стоя плечом к плечу, спасали умирающего. Больше никто в отеле не знал о всей серьезности положения. Когда заболевает принц, особенно, если это случается по его вине, истинные обстоятельства дела не становятся достоянием общественности. Судя по официальным заявлениям, принцы серьезно не болеют, пока не умрут. Так уж у монархов принято.

Хуже всего в случае Евгения было то, что не подействовало рвотное. Ни один из докторов не мог объяснить, почему, но одно было ясно – их усилия не возымели эффекта. У всех, кто боролся за жизнь Евгения, опустились руки. Наконец профессор заявил, что надежды для Евгения нет, если только его от природы сильный организм не сумеет отторгнуть яд самостоятельно, без помощи медикаментов – примерно, как пьяница трезвеет после сна.

Было перепробовано все, что только можно, вплоть до искусственного дыхания и впрыскиваний горячего кофе. Огласив вердикт, профессор удалился. Был час ночи. По странному стечению обстоятельств, которые иногда поражают нас своим скрытым смыслом, доктор столкнулся с Теодором Рэксолом и его пленником, когда те заходили в отель. Никто из них даже не догадывался об обстоятельствах, которые привели сюда другого.

Немногочисленная группа оставшихся в королевской спальне обступила кровать больного. Медленно и печально ползли минуты. Прошел еще час. И вдруг тело на кровати, до сих пор бездвижное, дернулось и пошевелилось, приоткрылись губы.

— Надежда еще есть! – сказал доктор и влил в рот больному лекарство, которое передала Нелла.

Четверть часа спустя принц Евгений очнулся. В тысячный раз в истории медицины крепкий организм совершил чудо, на которое оказалось не способно веками накопленное врачебное искусство. Через некоторое время доктор сказал, что принц Евгений «на верном пути к выздоровлению», и, пообещав проведать больного через несколько часов, откланялся.

Наступило утро. Нелла раздвинула тяжелые шторы, и комнату залил ослепительный солнечный свет. Старого Ганса одолела усталость: он задремал в кресле в дальнем углу комнаты. Полная волнений бессонная ночь лишила старого слугу сил. Нелла и принц Ариберт взглянули друг на друга. Они не обменялись ни словом, но каждый знал, о чем думает другой. Самое страшное было позади, и теперь в глазах влюбленных светились облегчение и радость.

— Ариберт! – донесся слабый голос с кровати.

Ариберт подошел к племяннику, а Нелла осталась у окна.

— Что случилось, Евгений? – спросил он. – Ты выглядишь лучше.

— Ты полагаешь? – тихо вымолвил больной. – Прости меня, пожалуйста. Прости за все. Вероятно, я доставил тебе ужасно много хлопот. Я поступил нелепо, и это меня злит. Опиум – слишком слабая штука, просто я не мог придумать ничего лучше, а попросить у кого-то совета не посмел. Мне пришлось пойти и купить яд самостоятельно. Но, слава богу, яд хотя бы подействовал.