Книга Заживо погребенный. Отель «Гранд Вавилон», страница 92 – Арнольд Беннет

— Папа, ты всегда опаздываешь, – с укором произнесла она.

— Только на отдыхе, – ответил мистер Рэксол. – Что дают на ужин?

— Ничего.

— Тогда давай закажем. Я проголодался. Я так голоден, только когда совсем не работаю.

— Консоме по-британски, – зачитала Нелла из меню. – Saumon d'Ecosse, Sauce Genoise, Aspics de Homard^[31]. Боже! Кто станет есть это ужасное варево в такую жару?

— Нелла, это лучшая кухня в Европе! – возразил мистер Рэксол.

— Скажи, папа, – вдруг сменила тему она, – ты не забыл, что завтра мой день рождения?

— Разве я когда-нибудь забывал про твой день рождения, о моя дорогая, слишком дорогая дочь?

— В целом, ты был весьма недурным отцом, – ласково ответила Нелла. – И в награду в этом году я удовольствуюсь самым скромным подарком, который ты мне когда-либо дарил. Но получить его я желаю сегодня вечером.

— Хорошо, – произнес мистер Рэксол со смирением и готовностью к любому сюрпризу, которые так тщательно воспитывала в нем Нелла. – И что же это?

— А вот что. Давай сегодня на ужин закажем бифштекс и бутылку пива. Просто и изящно.

— Нелла, дорогая! – воскликнул мистер Рэксол. – Бифштекс и пиво, когда мы «У Феликса»?! Это невозможно! Более того, юным леди моложе двадцати трех не позволяется пить пиво.

— Я сказала стейк и пиво, и вообще-то мне уже двадцать три, а завтра будет двадцать четыре! – Мисс Рэксол стиснула свои маленькие белые зубки.

Раздалось деликатное покашливание. Рядом стоял Жюль. Вероятно, он из чистого азарта решил лично обслужить их стол. Как правило, за ужином Жюль не исполнял обязанности официанта. Он наблюдал издалека, как капитан со своего мостика во время вахты старпома. Постоянные гости отеля считали себя удостоенными особой чести, если Жюль обслуживал их стол.

После мимолетного размышления Теодор Рэксол с изящной небрежностью сделал заказ:

— Две порции бифштекса и бутылку пива.

Это был самый смелый поступок в жизни миллионера, однако в прошлом он выдержал не одно серьезное испытание и недостатка в храбрости уж точно не испытывал.

— Такого в меню нет, сэр, – невозмутимо ответил Жюль.

— Неважно. Приготовьте. Мы хотим именно это.

— Очень хорошо, сэр.

Жюль направился к двери на кухню и, лишь притворившись, что заглянул туда, сразу зашагал обратно.

— Мистер Рокко передает наилучшие пожелания, сэр, и сожалеет, что не сможет подать вам на ужин бифштекс и пиво, сэр.

— Мистер Рокко? – беспечно переспросил мистер Рэксол.

— Мистер Рокко, – твердо повторил Жюль.

— А кто это?

— Мистер Рокко – наш шеф, сэр, – произнес Жюль с видом человека, у которого спросили, кто такой Шекспир.

Мужчины смотрели друг на друга. Казалось невозможным, что Теодору Рэксолу, несравненному Рэксолу – хозяину тысяч миль железных дорог, городов и шестидесяти голосов в Конгрессе – бросил вызов метрдотель или даже целый отель. И все-таки именно это и произошло. Когда изнеженная спина Европы приперта к стенке, даже полк миллионеров не в силах обойти ее с фланга. На лице Жюля царило спокойное выражение силача, уверенного в победе.

Что касается Неллы, то она, зная своего отца, предвидела интересное развитие событий и невозмутимо ждала бифштекс. Она не была голодна, поэтому могла себе позволить подождать.

— Прошу прощения, Нелла, – обратился к дочери Теодор Рэксол. – Я на минутку.