Книга Заживо погребенный. Отель «Гранд Вавилон», страница 99 – Арнольд Беннет

Теодор Рэксол взглянул на золотые часы на высокой каминной полке.

— Черт подери! – воскликнул он. – Уже три часа ночи! Мистер Вавилон, прошу меня извинить, что задержал вас до совершенно неприличного времени.

— Я много лет не получал такого удовольствия от вечера. Вы великодушно позволили мне говорить о моем любимом деле! Это я должен приносить извинения.

Рэксол встал.

— Я хотел бы задать вам один вопрос, – сказал Вавилон. – У вас есть хоть какой-то опыт управления отелем?

— Никакого, – признался Рэксол.

— В таком случае вы упустили свое призвание. Вы могли бы стать величайшим из всех управляющих отелями. Вы добились бы гораздо большего, чем я, а мне равных нет, хоть я управляю единственным отелем, а не дюжиной, в отличие от других. Мистер Рэксол, почему вы раньше не занимались отелями?

— Бог его знает, – засмеялся Рэксол. – Вы льстите мне, мистер Вавилон.

— Я? Льщу? Вы плохо меня знаете. Я никогда не льщу, разве что изредка какой-нибудь августейшей особе. И тогда это соответственно отражается на счете.

— Кстати, об августейших особах. Мне сообщили, что завтра сюда прибудут два немецких принца.

— Верно.

— Что полагается в связи с этим делать? Принимать их по протоколу: встретить в вестибюле с поклонами или что-нибудь в таком духе?

— Необязательно. Как сочтете нужным. Современный владелец отеля – это вам не хозяин средневекового постоялого двора: даже принцы знают, что он появляется, только если происходит какая-нибудь неурядица. Собственно говоря, несмотря на то, что Великий герцог Познанский и принц Ариберт уже не раз оказывали мне честь, останавливаясь здесь, я ни разу их не видел. Заверяю вас, что все уже приготовлено.

Они еще немного поговорили, а затем мистер Рэксол стал откланиваться.

— Позвольте проводить вас до номера. Лифты уже отключены, все опустело. Сам я ночую здесь. – С этими словами мистер Вавилон указал на дверь, ведущую в смежное помещение.

— Покорнейше благодарю, – откликнулся Рэксол, – но я хотел бы изучить свой отель самостоятельно. Надеюсь, я сумею добраться до своего номера.

Когда американец основательно углубился в лабиринт отеля, то уже не был так уверен, что отыщет свою комнату. Он запамятовал, где именно находится номер сто семь: на первом или на втором этаже.

Рэксол прошел мимо нескольких лифтов, но до сих пор не увидел ни одной лестницы. Во всех солидных отелях лестницы давно считались пережитком прошлого, и хоть архитекторы не отказывались от них насовсем ради старых добрых традиций, но прятали в самые дальние уголки – туда, где вид ступеней не оскорбит взыскательный вкус иностранных гостей.

Бесконечные коридоры отеля, слабо освещенные редкими электрическими лампами, зияли зловещей пустотой. Беззвучно шагая в легких ботинках по толстым коврам, Рэксол бродил по коридорам: при виде ночного отеля его охватило поразительное, доселе неизведанное мистическое чувство. Он будто слышал мирное посапывание тысяч призраков. Наконец Рэксол заметил лестницу, очень темную и узкую, и понял, что находится на первом этаже. Выяснилось, что комнаты на этом этаже заканчиваются номером семьдесят. Вскоре он нашел еще одну лестницу и поднялся выше. По цвету обоев Рэксол понял, что это нужный этаж и, удовлетворенно насвистывая, зашагал по длинному коридору. Внезапно в поперечном коридоре миллионеру послышались шаги, и он инстинктивно спрятался в нише, где стояли небольшой секретер и стул. Осторожно выглянув в коридор, Рэксол обнаружил то, что поначалу ускользнуло от его взгляда: на дверной ручке одной из спален была повязана белая лента. Затем из поперечного коридора вышел мужчина, и Рэксол отступил назад. Это оказался Жюль в надвинутой на глаза фетровой шляпе.