Книга Убийства в одном особняке, страница 19 – Стейси Хакни

Два миллиона долларов. От одной мысли о них в душе Лайлы проснулась надежда. Два миллиона долларов решат все ее проблемы. Они с Беа найдут где жить, смогут переехать и навсегда избавиться от прошлого. Будут в безопасности.

Но…

Но это же смешно, правда? У Лайлы не было никакой информации об убийстве Софии Кент и никакого способа раскрыть его самостоятельно. Она не жила тут, когда София погибла. То, что ее включили в список потенциальных получателей награды, скорее всего, ошибка. Более того, у нее нет опыта, нет возможностей, вообще ничего, что позволило бы установить, кто убил Софию. Глупо даже думать об этом. Лайла потрясла головой, прогоняя неуместный оптимизм. Фонд Конрада Кента не имеет к ней никакого отношения. Лайла отступила к дверям, выскользнула в коридор и побежала вверх по лестнице к дочери.

Беа стояла в прихожей, раскачиваясь с пятки на носок. Свет от небольшой хрустальной люстры падал на ее волосы, создавая вокруг головы подобие нимба. В ее лице было что-то необычное. Она улыбалась.

— Я знаю, что нам делать, – приветствовала Беа Лайлу. От восторга ее голос звенел.

Лайла прошла за дочерью в гостиную; на ее лице тоже проступила улыбка. Она с трудом могла поверить в то, что Беа так себя ведет. Та стала почти прежней – девочкой, которая зачитывалась фантастическими романами и издавала в их квартале новостной бюллетень. Девочкой, которая не ненавидела все на свете и не ходила постоянно в одной и той же грязной футболке «Атланта Брейвз».

— Что на тебя нашло? – спросила Лайла.

Беа встала перед ней, сцепив пальцы.

— Мы должны раскрыть убийство Софии Кент и получить награду.

Секунду Лайла смотрела на нее, а потом, застонав, осела на бежевый диван, который освободила буквально этим утром. Он был завален старыми видеокассетами и шубами из натурального меха.

— Откуда ты знаешь про награду? – спросила Лайла.

Беа чуть ли не подпрыгивала на месте от напряжения.

— Естественно, я прокралась вниз. Ты неплохо спрятала письмо от мистера Форрестера, но я все равно его нашла и не хотела пропустить собрание на случай, если там скажут что-нибудь важное.

Лайла держала письмо в кармане своей сумки. Уж не взяла ли Беа в привычку регулярно копаться в ее вещах? Она подозревала, что ответ ей не понравится.

— Я же тебе сказала сидеть дома, – резко начала Лайла, хотя нисколько не удивилась. Беа редко делала то, что велела ей мать.

— Мы можем получить два миллиона долларов, – парировала Беа. – Снова стать богатыми.

— Мы никогда не были богаты, – на автомате ответила Лайла. Теперь она знала, насколько это верно: последние два года они жили на краденые деньги.

— Мы сможем купить машину, которая не будет так странно фырчать, и время от времени ужинать стейками в ресторане. Найдем школу, которая мне понравится. – Давненько глаза Беа не блестели так.

У Лайлы перехватило дыхание. Все, чего хочет ее бедная дочка, – нормальная машина, школа, где ей будет хорошо, да изредка стейк. Лайла не может обеспечить ей даже такую малость, и Беа возлагает больше надежд на какую-то безумную затею с раскрытием убийства, чем на собственную мать.

Притянув Беа к себе, Лайла крепко ее обняла.

— Все наладится. Этот год доучишься здесь, я найду работу, и мы подыщем место, где нам понравится жить. Я все исправлю. Обещаю.