Книга Убийства в одном особняке, страница 42 – Стейси Хакни

Идя через холл к лифту, Лайла заметила Айрис и Джун Уиллоби в зале «Гортензия», за одним из круглых столов, и помахала им рукой. Перед дамами были две колоды карт и два стакана с символикой «Тервис», до краев наполненные коричневатой жидкостью и кубиками льда. На бамбуковых креслах лежали подушки с зелеными узорами на бирюзовом фоне – в тон обоям.

— Лайла! – позвала ее Айрис. – Заходите к нам.

Лайла вошла в зал.

— Могу я предложить вам «Манхэттен»? – спросила Джун, поднимая свой стакан. – Мы приготовили с запасом.

Она кивнула на сумку, стоявшую рядом с ее ходунками; из сумки выглядывал большой термос.

— Немного рановато для меня, – заметила Лайла, глянув на часы над дверью – те показывали десять утра.

— Привыкайте, – посоветовала Джун.

Задняя стена зала была стеклянная; небо затянули облака, и приглушенный дневной свет смягчал черты Айрис и Джун. Зал казался на удивление уютным; узорчатые обои будто обнимали Лайлу, осыпая листьями и лепестками цветов.

— Умеете играть в канасту? ^[11] – спросила Айрис. Ее кольца – с темно-синим сапфиром и бриллиантом огранки «груша» – так и сверкали на руках, тасующих колоду. – Мы ждем Флоренс и Мэри Диксон, но можем дать одной от ворот поворот.

— Мэри Диксон, – тут же отозвалась Джун. – Она бестолковая.

— Чистая правда, – согласилась Айрис. – Вечно оглаживает свои жемчуга, когда наберет удачную комбинацию. Нельзя же так откровенно себя выдавать!

— А у вас есть свои знаки? – поинтересовалась Джун.

— У меня? О… я даже не знаю, – ответила Лайла.

— Ну, ваши мы хотя бы пока не знаем. Так что вы в любом случае предпочтительней Мэри Диксон, – сказала Айрис.

— Вы просто обязаны с нами сыграть, – заключила Джун.

Лайла отступила на шаг, чтобы дистанцироваться от настойчивых пожилых леди и всей этой ситуации. Ей надо было работать – она в «Примроузе» не для забав. А еще Лайла подозревала, что Айрис и Джун завалят ее кучей очень личных вопросов, на которые ей совершенно не хочется отвечать.

— Звучит заманчиво, но в канасту я не играю. А вам желаю победы, – попыталась распрощаться она.

— Скорее всего, так и будет, – с довольным видом заявила Айрис. – По крайней мере, нам есть что обсудить – последнюю причуду Конрада.

— Это так на него похоже – придумать какой-нибудь сюрприз напоследок. Даже после своей смерти! Он всегда был изобретательным. – Джун хитро прищурилась, склонив голову набок.

— Она имеет в виду в постели, – пояснила Айрис.

— О, понятно. – Лайла неловко затопталась на месте.

— Но ничего хорошего из этой награды не выйдет, – продолжала Джун.

— Почему? – спросила Лайла.

— Убийства Софии никому не раскрыть. Полиция возится с ним уже долгие годы, – ответила Джун.

— Четыре ограбления, убийство – и ни одного подозреваемого. – Айрис поцокала языком. – Нам еще повезло, что не ограбили нас. Только представьте, что было бы, стащи грабитель мамины рубины! Да она бы в гробу перевернулась, упокой Господь ее душу.

Джун кивнула.

— Достаточно плохо уже то, что у Кэтрин Ли украли коллекцию статуэток «Херенд». Там одному осьминогу цена – тысячи долларов, даже с учетом скола на переднем щупальце. В мире таких осталось всего пара штук. Кэтрин потом несколько дней рыдала.

— Ее хотя бы не было дома в тот момент… как нашей дорогой бедняжки Софии, – заметила Айрис.