Книга Убийства в одном особняке, страница 44 – Стейси Хакни

— Рут и Эмили думают, будто они тут главные, – фыркнула Джун.

— То, что у них встреча с Сюзанной, – плохой знак, – заявила Айрис. – Обычно все заканчивается каким-нибудь новым правилом. Как в тот раз, когда они пытались запретить алкоголь в общих помещениях после того, как Мэри Диксон пролила бутылку красного вина в холле, споткнувшись в своих «Джимми Чу».

Джун отхлебнула коктейль – не меньше половины стакана.

— Это нечестно. Мэри Диксон не виновата, что она такая неловкая и плохо играет в канасту. Сюзанна думает, что может протаскивать свои дурацкие правила только потому, что к ней хорошо относится семья Кент. Но Конрад взял ее на работу лишь по той причине, что пожалел после смерти Софии. А теперь он мертв.

Джун и Айрис много знали про обитателей «Примроуза» и, вероятно, про саму Софию. Ничего страшного не случится, если она задаст им парочку вопросов: Лайла уже представляла, как расскажет Беа, что допросила важных свидетелей.

— Что вы имеете в виду, говоря, что Конрад нанял Сюзанну из-за смерти Софии? – спросила Лайла, присаживаясь рядом с Айрис.

Айрис и Джун переглянулись, высоко задрав нарисованные карандашом брови, прежде чем синхронно друг другу кивнули.

Айрис жестом показала Лайле придвинуться ближе и понизила голос:

— Сюзанна была лучшей подругой Софии Кент в старшей школе. И тяжело переживала ее смерть.

Это объясняло, почему Сюзанна так расстроилась, когда Беа спросила ее об убийстве.

— Ей пришлось на целый семестр уйти из школы, и я слышала, что родители отправили ее в психиатрическую лечебницу, – сказала Джун.

— Ужас! – воскликнула Лайла, уже жалея, что спросила. Сюзанна имела право на частную жизнь, а они сплетничали у нее за спиной.

Лайла задумалась, что Айрис и Джун скажут о ней, когда она уйдет. Скорее всего, будут судачить, что она не могла не знать о незаконной деятельности Райана, про которую наверняка уже пронюхали. Ей следовало бы привыкнуть к сплетням, но нет – Лайле было не все равно.

Джун, не обращая внимания на замешательство собеседницы, продолжала:

— Наша теория такова: Сюзанна винила себя за то, что не помогла Софии перед смертью. Они ведь постоянно были вместе. Наверняка она знала про угрозы в ее адрес.

— Что за угрозы? – встрепенулась Лайла.

Джун вздохнула.

— Мы вам ничего не говорили.

— Мы не сплетницы какие-нибудь, – кивнула Айрис.

— Ну конечно, нет, – успокоила их Лайла.

— В день смерти Софии мы были в зале «Гортензия», собирались поиграть в бридж, – начала Айрис.

— Тогда мы предпочитали бридж, да, – подхватила Джун.

— А потом переключились на канасту. Она забавнее и лучше подходит для коктейлей, – объяснила Айрис.

— Вот именно, – подтвердила Джун.

Лайла кивнула, мысленно торопя их продолжать.

— В общем, мы садились за бридж и тут услышали голос Софии в патио. Хелена принесла ей мобильный телефон… и она в него кричала. Не услышать было невозможно, – сказала Джун.

— Мы и дверь-то приоткрыли совсем чуть-чуть, – добавила Айрис.

— София заплакала, а потом опять закричала. Боже, до чего трагическая сцена! Она воскликнула: «Это шантаж!» – повысила голос Джун. – Именно эти слова. Никогда не забуду.

Айрис широко распахнула глаза.

— А потом она сказала: «Нам надо встретиться, сегодня же, пока это все не всплыло».

Лайла откинулась на спинку стула, потрясенная их рассказом.