Книга Убийства в одном особняке, страница 55 – Стейси Хакни

Патрисия выжидающе смотрела на нее.

— Я могу сегодня же договориться о переводе.

— Нет, – услышала Лайла собственный голос.

— Нет? – Патрисия поморщилась, будто лизнула лимон.

Лайла села прямо, удивляясь собственной дерзости. Сердце билось у нее в груди, повторяя в такт: нет, нет, нет. Она говорила серьезно. Беа не поедет к Патрисии. Ее дочь терпеть не может свою бабку, которая вечно читает ей нотации и жалуется на ее поведение. А главное, Лайла хочет, чтобы Беа была с ней – даже если все пока плохо. Она оглянулась на шестерых женщин у них за спиной, сгрудившихся за столиком, вероятно все еще обсуждающих ее. Да, пока что все плохо. У нее нет ни доброго имени, ни денег, ни работы и жилья. Но она все равно сумеет вырастить дочь. По крайней мере, постарается. Лайла придумает, как наладить их отношения – без частных школ, без нянек и без Райана.

— Беа останется со мной, – твердо произнесла Лайла, убирая волосы за ухо.

Патрисия снова взялась за вилку. На ее лице явственно читалось отвращение.

— Ну ладно, Лайла. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Лайла кивнула.

— Знаю.

Она не знала. Даже близко.

Джаспер и Беа пекли печенье на вопиюще древней кухне Глории с бытовой техникой цвета авокадо и покоробленным линолеумом на полу. Лайла с Беа встретили Джаспера в лифте, и Беа предложила научить его своему коронному рецепту. Джаспер сперва отказался, но после некоторой заминки – прошло три долгих секунды, прежде чем он покачал головой. Лайла подумала, это что-то да значит, и, прежде чем успела себя отговорить, обратилась к нему через голову дочери: «Мы правда будем очень рады, если вы зайдете. Конечно, если у вас есть время». Джаспер порозовел и, глядя прямо перед собой, ответил: «Ладно».

Лайла сидела на табурете возле кухонного островка, наблюдая за тем, как они отмеряют сахар. Но к их разговору она не прислушивалась. Слова Патрисии за ланчем продолжали преследовать ее: мол, Беа будет лучше у бабушки с дедом. Лайла надеялась, что правильно поступила, ответив отказом.

В дверь постучали; на пороге стояла Зои.

— Заглянула занести вам почту. – Зои протянула Лайле конверт, подписанный маминым почерком. Наверняка внутри был чек, который она давно ждала.

Лайла взяла конверт и положила на столик в прихожей.

— Спасибо, что занесли.

Зои заглянула в квартиру, и ее рот округлился в комичной гримасе.

— Черт, да тут и правда настоящая катастрофа!

— Именно, и учтите, что это после недели разбора. На самом деле сейчас гораздо лучше, – улыбнулась Лайла.

В квартире правда стало лучше, хоть она все еще внушала ужас. Лайле удалось перетащить все коробки на одну половину гостиной. Остальная часть теперь была заставлена разномастными козетками и креслами: они сбились в кучку, будто укрываясь от шторма – точнее, от окружающего хаоса. Лайла позвонила в «Гудвилл» ^[14] и договорилась о пожертвовании; мебель должны были вот-вот вывезти. Она надеялась, что, избавившись по меньшей мере от трех четвертей обстановки, они смогут наконец ходить, не спотыкаясь о ножки кресел.

Джаспер выглянул из кухни и приветственно помахал рукой. У него из-под мышки торчала Беа.

— Может, сходим чего-нибудь выпить? Вы это заслужили, и мне не помешает после тяжелого дня. – Зои нерешительно улыбнулась. На ней был черный комбинезон и туфли на шпильках цвета жженого сахара. Темные волосы собраны на затылке в узел. Ярко-красная помада на губах.