Книга Убийства по книге, страница 138 – Эми Шаумберг

Мысли о нем и воспоминание о его обещании встретиться возле ее дома породили краткую вспышку надежды, которая сменилась неприятным пониманием, что сообщения прислал похититель, устроив ловушку Эмме. Никто ее не искал, никто не знал, что она пропала.

Она жестко подавила приступ жалости к себе и начала ерзать, упираясь связанными ногами в землю, пока, дюйм за дюймом, не отодвинулась настолько, чтобы видеть источник света: большую дверь из деревянных досок, которая перекрывала отверстие в грунтовой стене на высоте примерно в футе от пола. Эмма узнала выход из погреба, какие делали в старых домах. Люк настолько перекосился от времени, что через рассохшиеся планки внутрь проникал свет, пусть слабый, но отчетливый. Видимо, от утреннего солнца.

Она задумалась, сколько пролежала тут без сознания: одну ночь или больше. Затем попыталась подползти к двери, упираясь пятками в твердый земляной пол, пока не ощутила боль в стопе от острого камня и тепло выступившей крови. Однако продолжила свои попытки, не обращая внимания на мучительное жжение в пострадавших местах и выступивший на лбу пот, лишь вытерла его, как могла, о плечо, чтобы не затекал в глаза. Невольно навернулись слезы. Эмма заморгала, сражаясь с эмоциями, и взяла себя в руки, чтобы продвинуться еще на один болезненный дюйм, но тут услышала тихое царапанье. Чтобы достичь ее ушей под толстым слоем земли, звук должен был находиться совсем рядом. От этого шороха волоски на руках встали дыбом. Задержав дыхание, пленница придвинулась к люку так близко, как только смогла, напрягая слух. Шум будто бы стал громче: шаги, нерешительные и шаркающие.

Она попыталась отползти от двери, но из-за спешки опрокинулась на бок и неуклюже перекатилась в тень. Затем вжалась лицом в землю, прикрыв его волосами, но повернув в сторону входа, и замерла без движения, стараясь казаться незаметной и маленькой. Деревянная створка люка затряслась и заскрипела, а потом с тяжелым стуком распахнулась. В погреб ворвались лучи утреннего солнца. Эмма невольно зажмурилась и побоялась снова открывать глаза, опасаясь, как бы похититель не увидел, что она пришла в сознание, поэтому напрягла слух. Шаги, стихшие после громкого стука двери, снова возобновились: по-прежнему неуверенные и шаркающие. Но в этот раз Эмма различила еще один звук: мерный шорох, будто что-то тащили по полу. Затем в нескольких футах от нее раздался глухой стук, а почти сразу следом второй, чуть тише. Тяжелое, затрудненное дыхание вошедшего периодически прерывалось едва слышным кряхтением, которое сопровождалось неровными рывками перетаскиваемого объекта.

Вскоре Эмма ощутила, как что-то теплое задело ее бок, и вздрогнула от отвращения, напрягаясь всем телом. Затем услышала новое кряхтение и почувствовала, как к ней прижимается какой-то предмет. Что-то мягкое и слегка влажное упало ей на щеку. Пришлось задержать дыхание, чтобы не выдать свою панику.

Тяжело дышавший человек вернулся к двери. Теперь его шаги казались легкими и уверенными. После короткого хруста люк опустился на место с глухим стуком, послышался металлический лязг и удар по деревянной поверхности. Эмма поняла, что выход заперли на замо́к. Она медленно приоткрыла глаза, стараясь разглядеть предмет, который прижимался к холодной коже щеки. Затем чуть отодвинулась, позволяя ему упасть рядом, и едва сумела сдержать крик, поняв, что это человеческая рука.