Книга Бесценный мальчик, страница 99 – Марина Серова

— Да не знаю я никаких гаражей, — взвился Витька. — Вы мне лишнего не навешаете. Я миллион взял и училку хотел еще развести за то, что мой голос использовала. Гараж уже не мои дела, кто там вас еще на деньги крутит.

В голове у меня созрела идея, но мне нужен был Скворцов с его безумными схемами. Я заглянула мальчику в глаза:

— Послушай меня, Витя, я знаю, что ты никому не веришь. Но я сейчас с тобой разговариваю, как со взрослым. Давай так договоримся, завтра всю эту историю тебе надо будет рассказать одному очень важному человеку. Деньги у тебя забирать не будут, вреда тебе и твоей семье не причинят. Если встретишься с ним, не сбежишь, то, может быть, он сможет помочь твоей матери. Он врач, главный врач лучшей клиники в городе, и еще он отец мальчика, которого мы ищем. А ты с этим точно связан, поможешь нам понять как — и он поможет тебе.

Витька уверенно кивнул:

— Я здесь буду ждать. Машке скажу, чтобы пропустила тебя. Я все расскажу.

По лестнице я спускалась уже не таясь, прошла по дорожке из деревяшек и аккуратно закрыла за собой калитку.

Возвращалась я той же тайной дорожкой, что привела к дому Вороновых. Возле мусорки ждал Скворцов, судя по его ошалелым глазам, все это время он бегал вокруг дома в поисках пропавшей Охотниковой.

— Ты чего… совсем! Ты вообще понимаешь… совсем, да? — задыхался от возмущения Максим.

— Совсем, Максим, совсем. Мы с тобой со всем сейчас разберемся. Прыгай в машину, поедем к тебе пить кофе и рисовать кружочки-крестики твои.

Рассказ о моем приключении Скворцова взбудоражил, он всю дорогу шлепал себя по колену от радости и ухал, как филин. В холостяцкой квартире, пока закипал чайник, Максим принес кипу белых листов и азартно вывел карандашом первый ровный кружок.

Как только часы показали 8 утра, я набрала номер Полякова. И через полчаса мой «фольк» ехал по узким неасфальтированным дорогам района, где жила семья Вороновых. Витька сдержал слово — хмурая сестрица открыла мне калитку и свистнула, с чердака показалась всклокоченная после сна голова мальчишки.

Уже в 12 дня на веранде в прованском стиле в загородном доме Полякова собрались все заинтересованные лица. Елена Генриховна прибыла на своем автомобиле, Витьку Воронова и следователя Скворцова привезла я. Юрий Васильевич в зеленом мягком костюме пил кофе, сидя в глубоком плетеном кресле. Витька старался скрыть интерес, искоса разглядывая диковинные цветочные арки, фонарики, развешанные вдоль перил, потом уверенно плюхнулся на скамейку, обложенную нежно-фиолетовыми тугими подушками. Елена Генриховна настороженно замерла на высоком стуле с ажурной разноцветной накидкой. А мы со Скворцовым расположились на другой оттоманке с подушками, напротив Витьки. Юрий Васильевич проявил себя как радушный хозяин, вышколенная горничная подала всем по чашке свежего кофе, заставила стол изысканными белоснежными приборами с добавками для кофе: сливки в маленьком сливочнике, сахарница, мельница с корицей. Витька пододвинул чашку и принялся с нахальным видом накладывать и сыпать в свой кофе все добавки. Я подождала пока все разберутся со своими кофейными чашками, и попросила Виктора рассказать о своей роли в истории с выкупом. Паренек сначала сбивался и скупо цедил по одному слову, но потом, убедившись, что никто не накинется, все внимательно слушают, заговорил увереннее, голос его звенел все с большим напором и злостью. Юрий, Елена, Максим, не отрываясь, смотрели на мальчика, их лица вытягивались от удивления с каждой минутой. Когда Виктор замолчал и уткнулся в свою чашку с напитком, Елена Генриховна ошарашенно уставилась на меня: