Книга Меч правосудия, страница 46 – Марина Серова

— Ха-ха! А этот не такой храбрый, как девка, – едва ли не впервые слово взял Константин (или Андрей, я окончательно запуталась, кто из них кто).

— Да, Костя, не такой. Понимаете ли, господин Волков, не в наших интересах давать вам уйти и полагаться на ваше честное слово. Евгения считает меня эгоистичным чудовищем, но я хотя бы честен – если сказал, что убью человека, значит, сделаю это.

Василий снимает оружие с предохранителя и направляет на Макса, Константин целится в меня. Я понимаю, что скорее всего погибну, но все же выпрыгиваю вперед, закрывая Волкова своим телом, и пуля попадает в мой бронежилет. Конечно, боль не такая сильная, как при огнестрельном ранении, но мое дыхание сбивает от попавшей в грудь пули. Я вижу, что Андрей, Василий и Кирилл поворачиваются в мою сторону, готовясь нанести смертельный выстрел, а уже потом разобраться с Волковым, но в этот момент головы двух верзил, которых я вечно путала, прошивают стрелы, и они падают.

Василий Корогодов приходит в замешательство, и это становится прекрасным шансом для меня. Выпад, залом руки, удар, и пистолет падает на землю. Стрелы свистят вокруг нас, Макс Волков бежит в сторону скалы, чтобы укрыться от града необычных снарядов, а мы с Василием сражаемся под этим ливнем. Одна из стрел царапает ему руку, которой он замахивается, чтобы ударить меня. После того как стрела попала по плечу, Василий интуитивно хватается за рану, а я с разворота бью ему ногой в висок. Корогодов падает, а ко мне уже приближаются пятеро мужчин с луками. У четверых стрелы натянуты, и они готовы по команде главного выстрелить в меня и Макса Волкова, который не успел далеко убежать.

Главный, которым оказывается Ану, выходит вперед:

— Я бы с удовольствием сдержал обещание, которое дал тебе перед тем, как вы с Максом сбежали, и прирезал бы тебя прямо сейчас. Но старейшины дали мне последний шанс, поэтому нас все же ждет яркий костер. – Ану переводит взгляд на лежащего без сознания Василия Корогодова и говорит своим союзникам, одним из которых оказывается мой старый знакомый Нар: – Этот еще жив. Убейте.

— Нет, Ану, стойте!!! Не убивайте его! – кричу я, и лучники мешкают. – Этот человек знает точное местонахождение меча Хубилая.

— Ох, Женя. И ты думаешь, что я куплюсь на эту чушь? Мы знаем, что меч находится в офисе Горностаевского.

— Да, но где именно? Как пробраться в эту заветную комнату? Твоя попытка вернуть меч обернулась провалом, потому что ты не знал, в каком из кабинетов Горностаевского хранятся артефакты, которые он коллекционирует. Думаю, глава охраны мэра Клиногорска точно это знает.

Ану на секунду задумался, глядя на лежащего без сознания Корогодова. Возможность вернуть меч замаячила перед глазами вожака клиногорских монголов.

Он жестом приказал двум лучникам опустить оружие. Эти двое подняли Василия и стали связывать его, двое других, в числе которых был верзила Нар, чьи глаза наполнились кровью, целились в меня и стоящего поодаль Максима.

Вождь сказал:

— Мы допросим его, когда очнется. Свяжите их, а от тел избавьтесь. Не думай, что что-то изменилось, Женя.

— Да? А я вот надеялась, что изменилось многое, ведь если вы допросите Василия – кстати, именно так его зовут – и он расскажет, где Горностаевский держит меч, в сожжении меня и Максима не будет смысла. Разве возвращение драгоценной реликвии не является поступком, еще более укрепляющим авторитет в глазах старейшин, нежели жертвоприношение?