Книга Тайна серебряного креста, страница 69 – Марина Серова

Я молча кивнула, слегка приоткрыв сумочку, где лежал «макаров». Крестик Светланы Петровой тихо звякнул, ударяясь о металл.

— Ну вот. На всякий случай. – Киря взглянул на часы. – Пора занимать позиции. Они могут появиться в любой момент.

Я кивнула, в последний раз окинув взглядом зал. Тени оперативников были едва заметны – идеальная маскировка. Все было готово к спектаклю, где главную роль предстояло сыграть призраку убитой актрисы. Оставалось только дождаться, когда занавес поднимется.

Мы с Кирьяновым зашли за кулисы. Пора было и мне взглянуть на «Алису» вживую, а затем занять свою позицию в этой постановке.

«Алиса» была в том самом платье Джульетты. Она стояла рядом с гримерным столиком. Когда я увидела ее, у меня перехватило дыхание. Катя, студентка театрального, была поразительно похожа – тот же разрез глаз, форма губ, даже манера держать голову.

Она нервно поправила кружевной воротник платья, ее пальцы нервно сжимали тот самый стеклянный флакон-реплику с прозрачной жидкостью – сценический реквизит «яда», выпитого Джульеттой в финальной сцене.

— Мне сказали, это важно, – робко улыбнулась Катя.

Я положила руку ей на плечо, пытаясь передать уверенность.

— Важнее некуда, – ответила я, аккуратно поправляя ей прядь белокурых волос, выбившуюся из-под жемчужной сетки. – Сегодня ты сыграешь роль всей своей жизни. Ты готова? – спросила я тихо. – Помни, тебе не нужно ничего говорить. Только появиться в нужный момент и посмотреть на Лику. Все остальное сделаем мы.

— Я… я постараюсь, – прошептала она, глядя на меня широко раскрытыми глазами. – Просто… это так странно. Играть мертвую девушку, которую я знала лично…

— Все будет хорошо, не переживай, ты справишься, – сказала я с уверенностью в голосе.

Катя глубоко вдохнула и кивнула, ее лицо внезапно стало спокойным – актерский навык брал верх над волнением. Она стояла с тем же характерным легким наклоном головы набок, что и Алиса, словно прислушиваясь к далекому эху. Ее черты, подсвеченные тусклым светом кулис, казались еще более поразительными: белокурые волосы, уложенные в сложную прическу эпохи Возрождения с нитями жемчуга, обрамляли бледное лицо с огромными, казалось бы, распахнутыми навстречу миру глазами – точь-в-точь как у Воронцовой.

На ней было то самое платье Джульетты – роскошное творение из темно-бордового бархата, расшитое золотыми нитями и бисером. Лиф, стягивающий стан, украшали жемчужные пуговицы и золотая вышивка в виде виноградных лоз. Широкие рукава, разрезанные от локтя, обнажали подкладку из золотой парчи и белоснежную нижнюю рубашку с тончайшими кружевными манжетами. А вокруг шеи в несколько рядов лежал жесткий кружевной воротник «мельничный жернов», создавая хрупкий и величественный контур. Платье шуршало при каждом ее движении, напоминая о сцене и той, что носила его последней.

Кирьянов, стоявший у двери, вдруг резко поднял руку, привлекая наше внимание, прислушиваясь к сообщению в наушнике. Его лицо стало сосредоточенным.

— Лика только что вошла в театр, ее направили сюда, Головину охрана тоже сообщит, что его ждут в главном зале, когда он придет, – быстро сообщил он. – Охрана дает сигнал. Пора начинать.

Я резко кивнула, поворачиваясь к Кате:

— Запомни: когда услышишь сигнал – три коротких звонка, – выходи на сцену. Медленно. Смотри только на Лику. Ничего не говори.