Книга И ад следовал за ним. 1914, страница 79 – Ник Савельев

Потиорек коротко кивнул.

— Будет исполнено, Ваше Высочество. Телеграммы командующим уже подготовлены. К утру гарнизон Вены будет удвоен.

— Далее. Вокзалы, – эрцгерцог снова повернулся к Хайнольду. – Майор Ронге доложил, что преступник неоднократно использовал железную дорогу для перемещения и перевозки грузов. С пятнадцати часов сегодняшнего дня на всех вокзалах Вены – Северном, Южном, Западном, имени Франца-Иосифа – выставляются усиленные наряды полевой жандармерии. Задержанию и досмотру подлежат все, чьи приметы совпадут с описанием или чьё поведение покажется подозрительным. Грузовые платформы, багажные вагоны и товарные составы, готовящиеся к отправлению, подвергать выборочному досмотру. Начальники станций подчиняются требованиям жандармских офицеров беспрекословно.

Министр финансов Билински подал голос:

— Ваше Высочество, это неизбежно приведёт к коллапсу движения. Поезда будут задерживаться на часы, если не на сутки. Экономическая жизнь...

— Экономическая жизнь, – резко перебил Франц Фердинанд, – закончилась вчера в девять утра. Сейчас речь идёт о выживании государства. Пусть поезда стоят. Лучше стоящие поезда, чем довольный убийца, спокойно уезжающий в Будапешт или Львов с новым грузом динамита.

Билински умолк, сжав губы. Штюргк бросил на него короткий сочувственный взгляд, но ничего не сказал. Спорить с эрцгерцогом в таком настроении было бесполезно.

Франц Фердинанд перевёл взгляд на генерала Кробатина.

— Генерал Кробатин. Эвиденцбюро в своём отчёте, переданном ещё до вчерашнего нападения, указало список вероятных целей, по которым преступник может нанести следующий удар. Вы, как военный министр, отвечаете за то, чтобы охрана этих объектов была немедленно усилена. Направьте туда дополнительные подразделения, не дожидаясь согласований. Я беру ответственность на себя.

Кробатин поднял голову и заговорил впервые за всё совещание. Голос его был сухим и чётким.

— Ваше Императорское Высочество. Телеграммы командующим военных округов, в чьём ведении находятся перечисленные объекты, уже подготовлены и будут отправлены немедленно после завершения совещания. Усиленные караулы заступят на посты не позднее сегодняшнего вечера.

Он сделал короткую паузу и добавил:

— Также я распорядился усилить охрану всех пороховых и снаряжательных заводов в Цислейтании, даже тех, что не фигурируют в списке майора Ронге. Мы не знаем точно, какой объект станет следующей целью. Лучше перестраховаться, чем недосмотреть.

Эрцгерцог одобрительно кивнул.

— Хорошо. Действуйте.

Кробатин откинулся на спинку стула. Его сухое лицо оставалось непроницаемым. Никто в этой комнате, кроме него, не знал, что в списке военных объектов, находящихся на особом контроле у военного министерства, есть ещё один. Химический завод «Ауссигер Ферайн» в Усти-над-Лабем. Там, в герметичных цистернах, на открытых площадках под видом химического сырья накапливались запасы боевых отравляющих веществ – хлора и фосгена. Программа была настолько засекречена, что даже эрцгерцог и начальник Генерального штаба не были в неё посвящёны. Допуск имели лишь сам император, военный министр Кробатин и несколько высших офицеров Военно-технического комитета. Завод работал в обход Гаагских конвенций, формально производя «химикаты для промышленных нужд». О его истинном назначении не знал никто за пределами этого узкого круга. Кробатин был уверен, что и таинственный преступник не имеет об этом ни малейшего понятия. И потому сегодня он не произнёс ни слова об Усти-над-Лабем. Более того, он сознательно не включил завод в расширенный список охраняемых объектов, чтобы не привлекать к нему излишнего внимания. Секретность была важнее безопасности.